руccкий
english
РЕГИСТРАЦИЯ
ВХОД
Баку:
31 июль
12:33
Обозрения
Книжный развал. Апрель 2021
© Eugene

Энциклопедия / Люди

Изменить категорию | Все статьи категории

бакинские миллионеры

20.4.2005

Бакинские миллионеры
В 19 в. Баку по количеству миллионеров занимал одно из ведущих мест. Нефть превратила этот город в родину крупного капитала. Слава столицы «черного золота» разнеслась по всему свету.Наслышанные о бакинском «Клондайке», сюда со всех концов земли стекались специалисты. Известные ученые, химики, технологи, талантливые инженеры и зодчие, строители и изобретатели нажили здесь немалые состояния. Однако бакинские миллионеры отличались от миллионеров других городов тем, что состояние им досталось не по наследству. В основном, они прошли путь от чернорабочих до миллионеров. Вначале за счет своего труда, ума, упорства, затем забившиеся крупные нефтяные фонтаны превращают их в миллионеров.
В Баку было много известных миллионеров. Некоторые прославились далеко за его пределами.Тех, кто нажил свое состояние на нефти, называли «нефтяными миллионерами», «нефтепромышленниками». Некоторые из них сыграли существенную роль в экономическом и социально-культурном развитии дореволюционного Баку.

Гаджи Зейналабдин Тагиев

Был одним из самых известных и уважаемых нефтяных магнатов страны всего мусульманского мира. Вот один довольно показательный факт: действовавшие в Баку мусульманское, русское, армянское и еврейское благотворительные общества избрали Тагиева почетным председателем.
Судя по одним документам, Гаджи Зейналабдин родился в Баку в 1838 году, а по другим — в 1821 году, в семье башмачника. В 10 лет отец устраивает его учеником к одному из бакинских каменщиков. Тагиев начинает таскать кадки с раствором. В 12 лет он уже обтесывал камни, а в 15 лет начинает работать каменщиком. Вскоре становится строителем-подрядчиком.
В то время Баку превращается в нефтяное царство. Бакинские земли скупаются капиталистами из России и из-за рубежа, начинают возвышаться нефтяные вышки. Заинтересовавшись, Гаджи присоединяется к нефтяной работе, понимая на какой риск он идет. Многие, вложив деньги, бурили скважины и разорялись, когда нефти не оказывалось.
В 1873 году Зейналабдин с двумя компаньонами арендует землю в Биби-Эйбате. Нанимают чернорабочих, мастеров, приобретают оборудование и, соорудив вышку, принимаются бурить скважины. Расходы росли день ото дня, а нефть никак не показывалась. В конце концов, потеряв надежду, компаньоны решили продать свой пай. Гаджи возвращает их долю и становится единоличным владельцем земли. Неудача не обескураживает его. С завидным упорством он продолжает бурить скважину.
Наконец, на одной из четырех скважин забил фонтан. Сын бедного башмачника Таги, палчигчи-Зейналабдин, становится миллионером Тагиевым.
Разбогатев, Тагиев первым делом прокладывает шоссейную дорогу из города до своего промысла, что находился в Биби-Эйбате, а затем удлиняет ее до Биби-Эйбатской мечети.
В 1895—1897 годах, за три года, Гаджи Зейналабдин выстроил в центре Баку большой дворец. Все четыре фасада этого величественного особняка и гигантские купола на крыше издалека привлекают внимание. Одна сторона здания смотрела на Барятинскую, другая — на Старую Полицейскую, третья выходила на Меркурьевскую, четвертая на Гарчаковскую улицы. Автор проекта, архитектор Гославский, использовал при строительстве дворца европейский стиль «ордер», хотя некоторые элементы композиции, интерьеры залов навеяны традициями азербайджанского зодчества. (Ныне здесь помещается музей истории Азербайджана). Эффектность и выразительность внешнего облика, изящество архитектурных деталей отличают это здание — одно из красивейших в Баку. На каждом из четырех углов и у главного входа горел огромный газовый фонарь, заливая весь квартал ярким светом.
Тагиев, был нефтепромышленником, владельцем мельницы, фабрикантом, крупным рыбопромышленником (почти все рыбные промысла в окрестностях Куры и Каспия принадлежали ему), торговцем и хозяином грузовых судов. У него были большие леса в Кубе, Евлахе, Атлыхане. В живописных окрестностях Энзели и Решта раскинулись густые леса, также принадлежавшие Гаджи Зейналабдину, который отстроил здесь красивое имение, имел свою деловую контору. Подобные же представительства у Гаджи были во многих городах. В Иране ему принадлежало несколько караван-сараев, в Москве Тагиев построил четырехэтажный дворец.
Великий князь Михаил Александрович брат императора Николая II, который женился на полячке и отказался от престола как-то попросил Тагиева разрешить ему поохотиться в лесах близ Евлаха, а в благодарность передал бакинскому миллионеру золотую чарку, украшенную драгоценностями.
От азербайджанского берега Каспия до берегов Дагестана, Дербента и Порт-Петровска (ныне Махачкала) на протяжении 300 километров раскинулись рыбные промысла Тагиева. Здесь, в основном, занимались ловом сельди. А на куринских рыбных промыслах отлавливали лосося, осетра, белугу, севрюгу и пр. В Банке Тагиев содержал завод по производству икры. Вся продукция отправлялась в Россию и Европу. Рыбные промысла на берегу Куры Тагиев арендовал у государства.
Немало средств тратил Тагиев на благотворительные дела. Он посылал талантливую молодежь на учебу в вузы Москвы, Казани, Петербурга, европейские университеты. Он строил здания для школ, оказывал материальную помощь и поддержку интеллигентам.
В 1883 году он строит на свои средства здание драматического театра. В 1893 году Гаджи Зейналабдин значительно расширяет здание театра. В 1909 году реакционеры подожгли театр, но Тагиев отстроил его заново. В 1910 году праздновалось тридцатилетие первой театральной постановки в Баку. В связи с этим событием Узеир Гаджибеков сочинил даже торжественный марш. Когда Гаджи Зейналабдин появился в театре, его приветствовали весьма почтительно: оркестр заиграл марш, артисты с уважением расступились, а весь зал, стоя, аплодировал щедрому меценату.
Кстати, произведение выдающегося азербайджанского писателя и революционера Наримана Нариманова «Надир-шах афшар» также было издано на средства миллионера Тагиева, равно как и произведения Солтана Меджида Ганизаде.
В то время заключенных содержали на острове Наргин. Родные и близкие находящихся там заключенных с большим трудом добирались туда и обратно. В конце концов, народ обратился к Гаджи Зейналабдину с просьбой помочь ему в этом деле. Тагиев, недолго думая, отдал под тюрьму пятиэтажное здание мельницы, которую он выстроил между Куба-мейданы (площадь Физули) и Кёмюр-мейданы. По этому поводу существует и другая версия: будто Тагиев предоставил только что отстроенное здание мельницы в распоряжение тюремного ведомства по просьбе некоего высокопоставленного чиновника, назначенного в Баку. Тот в разговоре с Гаджи пожаловался, что содержать заключенных на Наргине довольно накладно, к тому же служащие тюрьмы испытывают трудности, вынужденные постоянно курсировать между морем и сушей. Тогда-то Тагиеву и пришла в голову идея отдать под тюрьму мельницу. Мукомольные машины и оборудование, выписанные из-за границы, разместились в новом здании. Оно было построено недалеко от текстильной фабрики. Здесь же, близ фабрики, Тагиев выстроил дом для себя и своей семьи.
Когда выдающийся русский ученый-химик Д. И. Менделеев приезжал в Баку, Гаджи устроил в его честь торжественный обед в своем доме. В кабинете Тагиева, на столе, стояло памятное фото Менделеева с его автографом. В словаре Брокгауза и Эфрона, который считался в то время самой обстоятельной энциклопедией в Европе, Менделеев в разделе «Нефть» посвятил Гаджи Зейналабдину Тагиеву теплые строки, отметив его заслуги в деле развития бакинской нефтяной промышленности.
В связи с созданием фирмы «Мазут» — торгового предприятия ротшильдовского Каспийско-Черноморского товарищества — по совету Гаджи Зейналабдина местными капиталистами во главе с Чолаг Агабалой Гудиевым было создано акционерное общество нефтепровода «Баку—Батуми».
Нефтепровод, считавшийся в то время грандиозным сооружением, должен был протянуться от Баку на 800 километров — через Куринскую низменность, склоны Малого Кавказа, подножье Сурамской крепости и Реонскую низменность, — соединив берег Каспия с берегом Черного моря. С вводом в действие нефтепровода бакинская нефть открывала себе широкую дорогу на международные нефтяные базары.
Строительство нефтепровода началось в 1897 году, а завершили его десять лет спустя—в 1907 году.
В 1901 году вложив 300 тыс. рублей Тагиев открывает первую в Баку женскую школу. Строительство школы, начавшись в 1898 году, завершается в 1900 году. Школа находилась на Николаевской улице. Сейчас здесь размещается Институт рукописей Академии наук Азербайджана.
Здание школы занимало место в 864 квадратных сажени. Своей красотой, лаконичностью и строгим изяществом оно вписало новую блестящую страницу в архитектуру Николаевской улицы.
В Баку к 1915 году было уже 5 женских школ. Одна из них — в рабочем районе города — Балаханах.
Тагиев имел немалые заслуги и перед Российской империей: своими благотворительными делами он способствовал развитию просвещения и культуры, способствовал претворению в жизнь многих полезных начинаний. Поэтому по высочайшему указу ему было присвоено звание действительного статского советника. Это звание равнялось званию генерала, контр-адмирала и обер-прокурора, и имело большие полномочия.
У Гаджи Зейналабдина был старинный топор, который служил ему верой и правдой, когда Тагиев еще работал каменщиком-строителем. Он подвесил этот топор на внутренней стене одного из своих двух огромных сейфов, напротив двери, чтобы всякий раз, открывая ее, видеть топор, вспоминать о превратностях судьбы и никогда не кичиться нажитым богатством...
Гаджи Зейналабдин Тагиев скончался 1 сентября 1924 года в возрасте 105 лет на своей мардакянской даче. 4 сентября его похоронили, в соответствии с собственным его завещанием, у ног известного бакинского ахунда — Моллы Абутураба.
Мирза Ахунд Абу Тураби был прогрессивным человеком своего времени. Он окончил высшую духовную школу в Багдаде, в совершенстве знал арабский, персидский, турецкий, русский языки. Выступал с многочисленными статьями на страницах азербайджанских газет и журналов, являлся автором книг по истории и философии религии, в частности, такого известного в мусульманском мире исследования, как «Причины раскола ислама», в котором он подверг резкой критике разделение верующих на суннитов и шиитов. Мирза Ахунд Абу Тураби был поборником просвещения, приветствовал любые прогрессивные начинания в этой области. По его инициативе в родном селении Амираджанах была открыта первая женская моллахана, а также первая русско-татарская светская школа, где он сам преподавал математику, географию, естественные науки. Гаджи Зейналабдин Тагиев очень уважал Ахунда Абутураба, прислушивался к его советам и наставлениям. А о его завещании есть несколько легенд. Одна из них гласит:
«Тагиев сам рассказывал, что ехал как-то в роскошной карете на свою дачу в Мардакяны. Настроение, мол, у меня самое веселое, дела идут преотлично. Вдруг вижу из окна: едет Ахунд Абутураб ага в своем стареньком фаэтоне. Я остановил карету, приказал извозчику пригласить Ахунда пересесть в мой экипаж. Едем мы с ним и мирно беседуем о том, о сем. Я спрашиваю: «Ага, как ты думаешь, богатство может выскользнуть у меня из рук?». Абутураб ага отвечает: «Гаджи, ты ездил в саму Мекку, совершил паломничество; тебе небезызвестны превратности судьбы. Если аллах пожелает, он в мгновение ока лишит тебя всего состояния. Так что больше думай о вечном...». Когда в двадцатые годы, после национализации моих фабрик, промыслов и дворцов, я переехал на постоянное местожительство в свою мардакянскую дачу, я вспомнил о словах незабвенного Абутураба аги и понял: то, что знал его мизинец, не знает и моя голова. Потому я и завещаю похоронить меня у его ног».
В похоронах Тагиева принимало участие множество людей. Газета «Бакинский рабочий» поместила следующее объявление:
«Кончина 3.А.Тагиева. 1 сентября скончался в Мардакянах от воспаления легких на 105 году жизни Зейнал Абдин Тагиев. Покойный был известен как один из крупных промышленников и финансистов и большой филантроп». После установления Советской власти в Азербайджане, почтенному старцу, так много сделавшему для родного города, предложили самому выбрать любое место, где бы он хотел жить. Гаджи остановился на своем любимом доме в Мардакянах, где и прожил остаток своих дней.
В свое время на месте захоронения Ахунда Абутураба Муртуз Мухтаров воздвиг красивый мавзолей. Однако впоследствии могила Тагиева, 6ыла разрушена, мавзолей пришел в запустение.
Гаджи Зейналабддин был дважды женат. В первый раз – на своей двоюродной сестре Зейнаб. У них было 2 сына и дочь. Сыновья: Исмаил, Садыг и дочь Ханым.
Старшая дочь известного генерал-лейтенанта Араблинского была женой сына Тагиева Садыга. Будучи в гостях у сына Гаджи понравилась младшая дочь Араблинского Сона и он женится на ней.
У них было 3 дочери и 2 сына. Дочери: Лейла (впоследствии выходит замуж за сына Шамси Асадуллаева), Сара и Сурая. Сыновья: Мамед и Ильяс. Мамед будучи офицером «Дикой дивизии» заканчивает жизнь самоубийством, а Ильяс умирает от болезни.

Ага Муса Нагиев

Миллионер Ага Муса был довольно оригинальной, даже «легендарной» личностью. Несмотря на то, что на деньги Нагиева в центре города возвысилось величественное здание мусульманского благотворительного общества «Исмаилийе», по праву считающее венцом архитектуры города, несмотря на то, что он взял на себя завершение строительства бакинского реального училища и отстроил третий этаж, а на городской окраине возвел здание городской лечебницы (сейчас больница имени Семашко), несмотря на то, что Ага Муса пожертвовал значительную сумму на сооружение бакинского водопровода, — в народе за ним прочно закрепилось прозвище «хасис» («скупой»).
На деньги Мусы Нагиева также были построены смежные здания по ул. 28 мая, здание рядом с театром Оперы и балета по ул. Низами, здание бывшей центральной почты по проспекту Азербайджан, красивое жилое здание по ул. Нигяр Рафибейли, Дом офицеров (Зимний клуб) по улице С. Вургуна, гостиницы «Астория» и «Новая Европа», и многие другие здания.
В народе ходило много слухов о его скупости. На самом деле Нагиев не был скуп до такой степени. Иногда считая каждую копейку, он не отставал от других миллионеров и делал довольно крупные пожертвования на дела просвещения. Так, взяв шефство над бакинской реальной школой, он платил за содержание двадцати пяти мусульманских ребятишек в подготовительных классах. В результате, за короткий срок число учеников-мусульман составило 50%.
Ага Муса родился в 1842 году в деревне Баладжары Бакинской губернии в очень бедной семье. Его отец Наги продавал саман (солому). Получив среднее образование при мечети, Муса помогает отцу. В 25 лет после смерти отца на Мусе остается его долг в 300 манатов. Взяв в долг еще 200 манатов, Муса открывает небольшой магазин. Через 2 года он возвращает долг и начинает торговать тканями. Еще через 5 лет, собрав 2 000 манатов, в Черном городе он покупает небольшой керосиновый завод, работающий ручным способом. Затем скупает нефтяные земли. На Бибиэйбатских месторождениях забившие друг за другом нефтяные фонтаны поднимают его до уровня миллионера.
Только благодаря нефти и деловой природной хватке он становится миллионером.
Развевшись с женой Нагиев берет в жены грузинку Елизавету Григорьевну. Сын Исмаил от первой жены, заболев чахоткой, умирает. Построенное в честь Исмаила, здание по улице Истиглалийет называется «Исмаилийе».
Понастроив и понакупив в Баку много домов, Нагиев становится владельцем около сотни зданий и десятка кораблей.
К 1914-му году у Мусы Нагиева было семьдесят миллионов рублей золотом. А все наследство целиком оценивалось намного выше.
Муса Нагиев скончался в марте 1919 года в возрасте 67 лет.
В 1919-м году наследники Нагиева подали в суд на раздел наследства. Дело слушалось в суде три раза. Дело в том, что духовное управление потребовало передать десятую часть состояния Нагиева мечетям в связи с тем, что он являлся шиитом. По этому поводу «святые отцы» даже представили официальные документы. Обеспокоенные притязаниями духовного управления, наследники представили встречные доказательства того, что Ага Муса принадлежал к течению «бехаи» и однажды, выступая свидетелем на суде, отказался положить руку на Коран, поклявшись на книге шейха Бехауллы. Именно поэтому на его похороны, когда тело выносили из мечети, пришло мало людей.
Бехаисты проповедовали бессмертие души и тела. Поразительно, что они сумели внушить идею бессмертия даже такому хитрому, осторожному и трезвому человеку, как Ага Муса Нагиев. Он искренне верил в то, что никогда не умрет.
По законам секты «бехаи», наследство умершего достается жене, детям, внукам, родственникам, а одна двадцатая часть — идет на нужды просвещения. В конце концов, суд признал законными наследниками Нагиева его двух жен — мусульманку и грузинку.
Шамси Асадуллаев
Шамси Асадуллаев известный представитель нефтяной промышленности Баку. Его имя всегда произносилось наравне с именем братьев Нобелей. Он первый нефтепромышленник начавший перевозить нефть в Россию посредством судов.
Также как и многие другие бакинские миллионеры Шамси Асадуллаев происходил из бедной семьи. Родился он в 1840 году в бакинской деревне Амираджаны. Отец, братья и он сам подряжались на уборку пшеницы и ячменя, которые сеяли в Сураханах, затем перевозили урожай с поля на мельницу, или же отправлялись с грузами из Баку в Тифлис и обратно. Вначале 19 в. с развитием нефтяной промышленности эти земли были приобретены по низкой цене русскими коммерсантами Кокоревым и Губориным, которые занимались нефтедобычей и производством керосина. В Сураханах близи Атешгяха ими был построен керосиновый завод. Оставшиеся без земель жители Сураханов и Амираджанов вынуждены были работать на нефтяных промыслах. Шамси Асадуллаев также присоединяется к нефтяной работе. За короткий период в 1860 году Шамси дослуживается до приказчика. Через некоторое время он начинает заниматься нефтяным подрядчеством. Через 15 лет открывает керосиновый завод. В 1890 году вместе с компаньонами открывает компанию. Его очень беспокоит вопрос вывоза добывающей нефти на рынки России. Он первый среди бакинских нефтепромышленников, который в 1891 году начинает перевозить нефть через Каспийское море посредством паровых судов.
В 1895 году на вновь приобретенном участке забил крупный фонтан, который продолжался 56 дней. Каждый день фонтан давал 1 миллион шестьсот тысяч пуд нефти. Это был самый известный фонтан в нефтяной истории Баку.
С увеличением прибыли у Асадуллаева увеличивались количества нефтяных складов в городах вдоль Волги, в Москве, в Польше, а также в Средней Азии и в Иране.
Каспий и Волгу бороздят принадлежащие Шамси Асадуллаеву морские и речные суда, перевозящие нефть. В народе его прозвали «гроза Нобелей». Действительно, где бы ни открывали свои конторы и отделения братья Нобель — в России, Туркестане, Иране, даже в Финляндии, — рядом с ними немедленно появлялась контора Шамси Асадуллаева, который продавал нефть значительно дешевле и тем самым переманивал клиентов шведской фирмы.
В конце октября, когда навигация на Волге прекращалась, цены на нефть в Баку сильно падали. Этим пользовались крупные нефтепромышленники в частности, Шамси, скупая у мелких владельцев нефть за копейки и наполняя цистерны и резервуары. Весной они отправляли нефть клиентам и продавали ее в несколько раз дороже. Так наживались огромные состояния.
Благодаря разразившемуся в Баку нефтяному буму, Шамси становится миллионером. Закладывает промысла, создает свой нефтеналивной флот. Строит для семьи величественный особняк. Бывший дом миллионера Асадуллаева основным фасадом выходит на улицу Гоголя, два других фасада смотрят на улицу Толстого и Ази Асланова. Были у него в городе и другие здания.
В Баку у Шамси была жена-мусульманка. Он имел от нее двоих сыновей и двух дочерей. Женившись во второй раз в Москве на Марии Петровне, у Шамси Асадуллаева испортились отношения с первой женой Умсалмой, с сыновьями Мирзой, Али и дочерьми Сарой, Хадиджей и Агабаджой. И в результате в 1903 году он вынужден был переехать в Москву.
Отец его русской жены — Марии Петровны — был сенатором и человеком, приближенным к царской фамилии. С помощью тестя-сенатора и «черного золота» из Баку все двери Москвы и Петербурга распахнулись перед вчерашним батраком настежь. Вскоре он построил на берегах Невы, неподалеку от Зимнего дворца, красивый особняк. Да и в Москве отгрохал для Марии дом с бассейном и оранжереей. Каждый год они отправлялись с женой в путешествие по городам Европы, подолгу жили на знаменитых курортах.
В Петербурге и Москве Шамси строит особняки, занимается благотворительностью.
Всю зиму Шамси Асадуллаев проводит в Москве и Петербурге, заключая сделки с купцами. В Баку нефтяными делами занимается его старший сын Мирза. А к Новруз-байраму Шамси возвращается на родину, чтобы самолично проследить за отправкой нефти клиентам.
У Асадуллаева в Мардакянах был великолепный сад. Сад был заложен в конце 19 в. В Советское время сад был конфискован и превращен в санаторий.
Шамси Асадуллаев скончался 21 апреля 1913 года в Ялте в возрасте 72 лет. Похоронен в Баку. Старший сын Асадуллаева Мирза был женат на дочери Мусы Нагиева, младший сын Али был женат на дочери Х. З.Тагиева Лейле. Дочь Сара вышла замуж за помощника отца Зал Гасана. Не так давно скончавшаяся в Париже азербайджанская писательница Умулбенин была дочерью Мирзы Асадуллаева. Свои произведения она создавала на французском языке. Она внучка двух миллионеров – Шамси Асалуллаева и Мусы Нагиева.
Муртуз Мухтаров
Вслед за Гаджи Зейналабдин Тагиевым, Шамси Асадуллаевым, Мусы Нагиевым Муртуз Мухтаров является видным представителем национальной азербайджанской буржуазии и нефтяной промышленности.
Имя Мухтарова больше связано с развитием нефтяных технологий. Не имея высшего образования среди нефтяных магнатов, трудно было найти второго такого человека знающего все тонкости нефтяных месторождений и бурильных работ. Без наличия диплома Мухтаров вошел в историю азербайджанской нефтяной промышленности благодаря своим изобретениям. В 1895-м году он создает модернизированный станок ударного штангового способа бурения, на который получает государственный патент. Это изобретение он назвал «бакинской бурильной системой». Станок Мухтарова был значительно совершеннее всех, известных ранее. И во всем мире был известен под именем «Мухтаров». Он экспортировался во многие страны. Имелся у него и ряд других изобретений.
В 1890-м году он открывает частную бурильную контору, которую расширял год от года. Его фирма производила бурильные, ремонтные, транспортные работы. Он владел самым современным для того времени оборудованием, приборами, двигателями. Его контора сыграла большую роль в бурении нефтяных скважин в Балаханах, Сураханах и Раманах. Большая часть этих скважин разрабатывались его фирмой. Помимо этого у него имелись собственные месторождения. Первая остановка после Сабунчи по маршруту электрички Баку-Бузовна называется его именем «Мухтаровка». В свое время здесь находились принадлежащие ему нефтяные месторождения.
В конце XIX века Мухтаров вводит в строй целый завод бурильного оборудования в Биби-Эйбате. Это было первое в России промышленное предприятие по производству нефтяного оборудования. Невдалеке от завода он выстроил трехэтажное здание для рабочих и служащих. Это привлекло к нему лучшую рабочую силу и принесло дополнительные прибыли.
Станки, оборудование, выпускаемые на заводе Мухтарова, продавались на российском рынке, экспортировались за границу.
Муртуз Мухтаров родился в бакинской деревне Амираджаны. Как и многие бакинские миллионеры он прошел путь от простого чернорабочего до нефтяного магната. Долгое время, проработав извозчиком, черпальщиком (вычерпывал вручную нефть из мелких колодцев), штукатурщиком, мастером начинает заниматься мелким подрядчеством, становится владельцем собственной фирмы. Наконец забившие нефтяные фонтаны доводят его до уровня миллионера.
Контора Мухтарова заключала договора с нефтепромышленниками всего Северного Кавказа, с владельцами промыслов Майкопа и Грозного. Он имел многосторонние связи со многими заводами, предприятиями, конструкторскими бюро. Часто сам выезжал на Северный Кавказ, ездил по городам России, отправлялся для заключения деловых контрактов за границу.
В одной из своих деловых поездках по Северному Кавказу Муртуз Мухтаров познакомился со своим будущим тестем известным генералом из Владикавказа Тугановым. Генерал пригласил состоятельного бакинца посетить его дом во Владикавказе. Там Муртуз и познакомился со своей будущей женой — средней дочерью генерала, Лизой.
Сватовство и свадьба прошли очень пышно, торжественно.
Отправился он с молодой женой в турне по Европе. Архитектура Венеции очаровала Мухтарова. И вернувшись, всего за один год (1911—1912) построил он в Баку дворец в венецианском стиле. Архитектурное решение дворца подтвердило незаурядный талант зодчего И.Плошко, автора прекрасного здания «Исмаилийе». Дворец задуман и выполнен в духе «французской готики», каждая его колонна, окно, дверь, каждый элемент архитектурной композиции представляют собой подлинное произведение искусства. В первые послереволюционные годы здесь помещался Клуб освобожденной турчанки, а затем Дворец бракосочетания.
С его именем также связаны и другие здания построенные на его деньги в Баку и его окрестностях, в городах России и Европе. Построенное в 1910 году в Амираджанах здание мечети до сих пор поражает своей архитектурой и величественностью. На деньги Мухтарова также были построены: на Апшероне маяк в 1913 году (сейчас не действует), мечеть во Владикавказе, здания в Кисловодске, во Флоренции. Мухтаров также активно участвует в благотворительных обществах и не скупится на оказания материальной помощи.
Жизнь его закончилось трагично в апреле в первые дни революции. Увидев как в его дом врываются двое вооруженных солдат, Мухтаров выстрелив в них, вторую пулю пускает себе в лоб.
Братья Нобель
Первую иностранную фирму в Баку основали братья Нобель. Это была семья известных шведских инженеров и изобретателей. Отец — Эммануэль Нобель в 1843-м году переехал в Россию из Швеции, купил в Петербурге механический завод, занявшись производством оружия. Он изобрел подводные мины. Во время Крымской войны в Петербурге и Кронштадте эти мины применяли против английских военных кораблей. Нобель производил также паровые машины для военных лодок.
После окончания Крымской войны государственные заказы прекратились, и Нобель оказался на грани банкротства. Кое-как избежав разорения, уплатив два-три долга, Эммануэль вместе с женой и двумя сыновьями Альфредом и Эльмаром возвращается из Петербурга на родину. Два других его сына - Людвиг и Роберт остаются в Петербурге.
В Швеции Эммануэль Нобель открывает химическую лабораторию. Во время одного из лабораторных опытов произошел сильный взрыв, от которого погиб Эпьмар. Альфред же изобрел самое мощное и разрушительное взрывчатое вещество того времени — динамит, затем, несколько позже, баллистит. Он стал организатором и владельцем многих предприятий по производству взрывчатых веществ и одним из богатейших людей мира. После смерти его состояние оценивалось в 50 миллионов франков. Определенный процент этого капитала Альфред Нобель завещал на учреждение международной Нобелевской премии.
Людвиг и Роберт, оставшись в Петербурге, создали «Товарищество братьев Нобель». Они продавали заводам машины и оборудование, завязывали деловые связи с вновь созданным военным министерством. Взяв в аренду оружейный завод в Ижевске, они обязались в течение 7 лет поставить русской армии 200.000 ружей. Однако ореховое дерево, предназначавшееся для оружейного приклада, завозили из Германии, что обходилось братьям довольно дорого. Поэтому Нобели решили изыскать сырье внутри страны. Кто-то из специалистов сообщил Нобелям, что такие деревья растут на Кавказе, в Ленкоранских лесах. Людвиг командирует младшего брата — Роберта Нобеля — в Ленкорань. Роберт нанял проводников и осмотрел леса в окрестностях Ленкорани в поисках массивов орехового дерева. Поиски оказались бесплодными и он возвращался домой удрученным. Путь его лежал через Баку. Заинтересовавшись перспективами развития нефтяного дела, он исходил вдоль и поперек Черный город, побывал на многих нефтепромыслах и заводах. Предприимчивый молодой человек довольно быстро уразумел, что истинный источник богатства здесь, в Баку, что нефтяное дело — самое выигрышное и многообещающее. Рассказав в письме к Людвигу о своем замысле, он настойчиво уговаривает его создать товарищество.
Людвиг привлек на помощь друзей-финансистов — П.А.Бильдерлинга, Ф.А.Блюмберга, А.С.Цундгерен, Б.Ф.Вундерлинга, И.Я.Вабельского, М.Я.Бельямина — и основал «Товарищество братьев Нобель». Он послал Роберту доверенность и деньги на приобретение промысла и завода.
После этого Роберт приобрел в Черном городе нефтеочистительный завод.
За короткое время компаньоны стали владельцами промыслов в Сураханах, Балаханах, Биби-Эйбате. Взяв в аренду большие участки земли между Черным и Белым городом, они построили нефтеперегонные, сернокислотные, медеплавильные, чугунолитейные заводы и причалы. Когда праздновалось пятилетие фирмы «Братья Нобель», ее общий капитал равнялся 3 миллионам рублей. Общая сумма была распределена между пайщиками следующим образом: «Нобели — 1.610.000 рублей, барон Бильдерлинг — 930.006 рублей, Блюмберг — 25.000 рублей, Цундгерен —5.000 рублей, Вундерлинг — 5.000 рублей, Вабельский — 135.000 рублей, Бельямин — 25.000 рублей».
Впоследствии фирма превратилась в гигантского нефтяного магната, монополизировала торговлю нефтью и сконцентрировала в своих руках сбыт на самых важных рынках России. Интересно, что наряду с масштабными операциями фирма не гнушалась и мелкой работой — изготовлением бидонов, канистр, цистерн, ремонтными работами.
Говорят, что в нефтяной империи Нобелей работали 30.000 рабочих. Еще в начале своей деятельности, с разрешения русского правительства, товарищество выпустило акции на сумму 5 миллионов рублей, дабы получить выход на мировой рынок нефти, и тем значительно расширило свои возможности.
В 1882—1883 годах товарищество заложило для служащих своей фирмы сад под названием «Вилла Петролеа» (ныне парк имени Низами). Этот сад, выросший посреди заводов с дымящими трубами, нефтяных резервуаров с ядовито-зеленым отливом, днем и ночью исходящих паром установок, казался сказочной обителью.
Братья Нобели выкачивали из Баку сотни миллионов рублей, однако за все время существования бакинской фирмы не построили в городе сколько-нибудь заметного здания.
Земли, где предполагалось наличие нефти, они немедленно брали в аренду, — будь то участки на Куринской или Прикаспийской низменности, на Кобыстанских пастбищах или в акватории Каспия, — часть держали про запас, а на остальных бурили скважины, вели поисково-разведывательные работы.
В начале века внимание миллионеров и владельцев рыбных промыслов привлекают Апшеронские острова. Братья Нобель, не теряя времени, берут в аренду остров Святой («Пираллахы»), а в 1904-м году находят здесь богатое нефтяное месторождение и приступают к его эксплуатации. За короткий срок маленький рыбацкий поселок превращается в промышленный городок.
На острове Святом еще с древних времен из небольших ям, отрытых вручную колодцев, ведрами и бурдюками вычерпывали нефть. Здесь находилось святилище огнепоклонников — Атешгях и Пир — почитаемое верующими святое место. Поэтому остров и назвали «Пираллахы». Из многих городов и окрестных деревень приезжали сюда на поклонение. Впоследствии народ метко окрестил остров «Нобелевским Сахалином».
Бакинские заводы были не в состоянии переработать всю нефть, добываемую на промыслах. А хранить ее было негде. Поэтому, после производства керосина, все нефтяные остатки сбрасывались в море. Известный русский ученый-химик Д.И.Менделеев, побывав в Баку, пришел в ужас от этого варварства, заметив, что в результате подобного расточительства местные нефтепромышленники ежедневно теряют миллионы рублей прибыли. Он даже составил по этому поводу записку-протест в правительственные органы.
Нобели же были здесь предусмотрительнее других: после получения керосина, они собирали остальное топливо в большие, круглые резервуары. Затем брали в аренду заводы в Черном и Белом городе, очищая и перерабатывая нефтяные остатки.
Как мы уже говорили, в отдельные периоды, особенно стоило забить мощному фонтану, цены на нефть падали, начинались финансовые трудности, и тогда мелкие нефтепромышленники бывали вынуждены продавать землю. Нобели в таких случаях протягивали руку «милосердия», покупали промысел за бесценок, «вызволяя» коллег из беды.
До конца 70-х годов нефть продолжали перевозить в бочках и бурдюках на арбах; это был весьма первобытный и дорогостоящий способ. Поэтому Нобели первые (в 1878-м году) принялись строить нефтепровод из Балаханов до Черного города. Нефтепровод удешевлял доставку нефти с промысла на заводы в 7 раз.
Как бы там ни было, скорость перевозки нефти в самом деле значительно возросла. Один танкер, вмещавший 3 тыс. тонн нефти, заменил 9.000 бочек.
Нобели не жалели денег на совершенствование техники, транспортных средств, понимая, что это — самый верный путь к богатству и большим барышам.
Следует заметить, что Нобели владели промыслами не только в Баку. По всему Северному Кавказу — в Грозном, Майкопе — добывали они «черное золото».
В преддверии первой мировой войны Нобели построили в Грозном завод по производству толуола, взрывчатого вещества, вырабатываемого из нефтепродуктов. Значительная часть русского морского флота принадлежала товариществу. Монополизировав рынки сбыта в России, Нобели принялись экспортировать нефть и нефтепродукты в Европу, Индию, Китай, Иран и другие страны.
Людвиг Нобель скончался в 1888-м году. Когда умер Людвиг Нобель, товарищество обладало капиталом в 35.000.000 рублей золотом, что составляло одну пятую часть общего капитала иностранных компаний в русской нефтяной промышленности.С 1888-го года и до 1917-го российские предприятия семьи Нобель возглавлял сын Людвига — Эммануэль. В 1918-м году он переехал в Швецию.




Source: OneSolNiSHko
 
Сайт: http://baku.aznet.org/baku/index.htm

loading загрузка

Обозрения
КинОвинОгрет. Июль 10,21
© Eugene