руccкий
english
РЕГИСТРАЦИЯ
ВХОД
Баку:
20 апр.
06:48
Помочь нам долларом - рублём ЗДЕСЬ
> подробно

Форум: Сборник произведений на осенний конкурс "МАГИЯ ЧИСЕЛ"

Закрыта
2

Начало

окт. 25, 2017 03:10

Сборник произведений на осенний конкурс "МАГИЯ ЧИСЕЛ"

Здесь будут публиковаться только конкурсные произведения.
А комментировать их можно на этой нити.
Всего ответов: 52
Страницы:
21Рейтинг
Ответы
igrushki
нояб. 30, 2017 16:20
Изменено автором : дек. 03, 2017 14:09:26
52.

В комнате царит лунный свет. На фоне окна вырисовывается зигзагообразный силуэт только что купленной ёлки. Блестящие игрушки в картонной коробке отбрасывают блики. Я не решаюсь нажать на клавишу выключателя. Жаль прерывать нежнейшую идиллию лунных лучей и мерцающего стекла.

До Нового года еще 31 день, а мне уже не терпится ощутить детский восторг от соприкосновения с праздником. Я передвигаю коробку поближе к ёлке и в полутьме приступаю к главному таинству.

Самые габаритные игрушки предназначены для нижних ветвей. Заснеженный альпийский домик с дымовой трубой оттянул еловую лапу почти до пола, и из трубы завился легкий дымок. Запахло дубовыми дровами. Желание побывать высоко в горах, загаданное год назад, осуществилось, и игрушка ожила.

Взревел мотор у стеклянной спортивной машины. Почти такая же стоит у меня в гараже. Она будет к месту на середине дерева, рядом с непрерывно болтающей куколкой, напоминающей мою новую подругу. Блондинка уже довела до белого каления серебристого мишку с еловой шишкой в лапе. Пришлось перевесить его подальше. Это мой старый приятель, и он стоит двух фарфоровых пустомель.

Нарядные фигурки разнообразных форм переливаются и оживают на ёлке, символизируя мои сбывшиеся мечты. Год удался. Следуя давней традиции, можно загадывать новые желания.

Рука нащупала в коробке последнюю игрушку. Простой желтый шар. Когда-то в нем струились потоки расплавленного золота, наполнявшие комнату игрой светотеней. Моя абсурдная любовь.

Она угасла, и шар повис на ветке безжизненным грузом: печальная нотка в оживленном предпраздничном многоголосии.

Звон разбитого стекла заставил меня обернуться у самой двери. Установленная на шатком основании ёлка рухнула под тяжестью игрушек, и осколки ковром усыпали пол. Золотистые дольки дотлевали в стекольной мозаике.

Даже намек на сожаление во мне не шевельнулся. Пришло время свободы от безрадостных хлопот и банальных стремлений. «Я в сотый раз опять начну сначала...»

В этом году ёлка останется не наряженной.

В окне обещанием нового счастья сияла огромная желтая луна.

Schitalka
нояб. 30, 2017 14:17
Изменено автором : дек. 01, 2017 06:10:57
51.

Раз-два
Всем сюда
Три-четыре
Глазки шире
Пять-шесть
Всем присесть
И работы тут прочесть
Семь-восемь
Голос просим
Девять-десять
Пятьдесят
Высший балл
На конкурс дать.
И одиннадцать
Тут можно,
Только очень осторожно.
Это супер-высший балл
Тем, кто проявил талант.
Есть стихи, и есть тут проза,
Есть и маг, и есть тут слезы,
Смех и радость от решений,
И очки для утешенья.
Завтра занавес падет,
Люся финиш подведет.
Ждем мы очень голосантов,
Для веселых конкурсантов.
Тили-тили-тили-бом
Всех БП-шников мы ждем.
Приходите, не ленитесь,
Вместе с нами веселитесь,
Рифмы, драмы, казино,
Лучше всякого кино,
Почитайте, подивитесь,
Мнение свое скажите.
Очень очень всех вас ждем,
Время классно проведем.


patriot60
нояб. 29, 2017 14:36
Изменено автором : нояб. 30, 2017 02:26:17
50. Последний осени листок...

Найдя волшебные мгновенья,
В осеннем пламени зари,
Последний лист, без сожаленья,
Ноябрь на землю обронил

Дождь моросящий тихо сеет
Печаль и вместе с ней тоску,
В поблекших красках мудрость зреет,
Седую прядь прибив к виску...

Сошлись пути двух тайных судеб
На перекрестке перемен,
Возврата к прошлому не будет
И счастья хочется взамен

Сожжёт мосты незримо время,
Отбросив полосу невзгод,
Сердец созвучье взглядом меря ,
Ступени в небо возведет

Сто поцелуев с каждым шагом
Звенят в морозной тишине,
Кто на земле родился магом,
Пройдет сквозь тучи в вышине.

vstrecha s
нояб. 29, 2017 07:04
49. Ночная Прогулка (навеяно одной интернет-историей)

Одиноко сидящая пожилая женщина на бульваре, устремившая свой взгляд в сливающийся с синью моря горизонт, ничем не привлекала взоры редких прохожих, разве, что тем малозначащим фактом, что рядом с ней, прям у ног, примостилась собака. Обе были неподвижны. Шло время. Становилось темно. Она поежилась и оглянулась вокруг. Никого не было. Лишь листва деревьев, оживавших от каждого прикосновения к ним легкого морского бриза, шумела над ее головой. «Сколько она тут просидела? Да, какая разница?» – тряхнула она головой, повязанной косынкой, и встала. Ей некуда было торопиться. Уже некуда. Она улыбнулась и повернулась к городу лицом, затем взглянула в почти черное небо и плавно, слегка подняв свои руки в стороны, неторопливо закружилась, напоминая собой древнего дервиша. Собака, пытаясь попасть в ритм ее танца, держалась ее подола и кружилась вместе с нею, и только прорывающиеся то тут, то там, сквозь облака, звезды, свысока и с молчаливым безразличием смотрели на эту странную парочку. И не такое они видывали.

Кямран, закончив развозить последнего пассажира и развернувшись на конце Советской улицы, уже собирался домой, на обеденный перерыв, как увидел бабушку, пытающуюся остановить такси. Решив, что еще одна ходка не помешает, а желудок подождет, он притормозил перед ней, и участливо поинтересовался о том, куда ей надо. Она, ответив, что недалеко, села в его машину, бытсро примостившись на заднем сиденье. «Отвези меня в Парк Кирова», - попросила она. Ничуточку не удивившись, Кямран понял сразу, куда она хотела, так как тоже был городским и помнил те времена, когда самое высокое место в городе называлось так. Они приехали. Бабушка вышла из машины, но попросила его не уезжать. Она подошла к могилам, походила там и быстро развернувшись, вернулась обратно. «А теперь вези меня на Баксовет», - сказала она. Кямран нажал на газ, - маршрут был знакомым - и поехал вниз. Доехав до Баксовета, она попросила его проехать по улице вниз, вправо, мимо Нархоза, далее свернуть на дорогу в ЦУМ. Все это время она внимательно смотрела в окно. Приехав к знаменитому кругу около не менее знаменитой 5-этажки, она попросила остановиться у Аздрамы. Кямран, не до конца понимая смысла маршрута, послушно остановился. Эта непонятная игра его заинтриговала. Бабушка молча смотрела на Аздраму. Казалось, что воспоминания унесли ее в иную реальность. Он, медленно, стараясь не вспугнуть окутавшую их тишину, обернулся. Бабушка сидела, не двигаясь. В ее глубоких морщинах блестела влага. Солнце светило ей в глаза, спрятанные в глубоких глазницах, и, может от того, она даже не щурилась. Он быстро отвернулся. Прошло добрых 10 минут. «Поехали, сынок» - попросила она. Он поехал обратно. Не доезжая до Монолита, она попросила его подняться вверх по улице и проехать мимо Пассажа, а оттуда завезти на угол, где стояло старинное красивое готическое здание бывшего Дворца Бракосочетания. Там они опять остановились. Все повторилось с точностью первого раза. Она вновь сидела, как изваяние, но этот раз ее глаза лучились. Уголки губ слегка поднялись в полуулыбке. Как будто б догадавшись, что у Кямрана в голове роется миллион вопросоа, она, не глядя на него, сказала: «Да, тут я сочеталась браком... 40 лет тому назад.» «Под марш Мендельсона, как я и хотела.» - широко и беззубно улыбнулась она. Ее лицо слегка помолодело, благодаря румянцу, стыдливо проступившему через ее тонкую светлую кожу. Она тряхнула головой и сказала: «Ну все, сынок, здесь все. Поехали.»
«Куда, хала?» «А, давай в Губернаторский Сад, как раз тут близко.» Машина тронулась и помчалась вверх, мимо небольшого уютного городского садика, недалеко от 134 школы, чтобы оттуда уже влиться в противоположное движение и поехать по назначению. Кямран весело мчал машину. Вот они проехали обновленную белоснежную и торжественную, как невеста, Филармонию, и далее вниз, по брусчатке. Казалось, что и машина веселится, брумкая на каждом древнем камне: брм-брм-брм. Но тут, необычная пассажирка попросила его остановиться, чтобы она смогла сойти. Объехав круг Азнефти, он притормозил у кромки тротуара, и, бабушка, довольная, протянула ему деньги. Кямрану стало неловко. Он стал вежливо отказываться от денег. «Нет, хала, не надо, оставь себе, небось пенсия маленькая.» Кюбра-хала, как звали ее, наотрез отказалась от такого предложения и сказала неожиданно твердым голосом: «Сынок, тебе самому семью кормить, знаю, что времена нелегкие, а мне... мне уже много и не надо. Детей у меня нет, оба погибли в автокатастрофе, муж тоже умер. У меня никого нет, а на себя мне хватает». Она оставила деньги на сидении и спешно вышла из машины. Слегка дрожащими пальцами Кямран нерешительно потянулся до денег, но так и не взяв их, завел машину и поехал. Он ехал, а по его загорелым щекам вдруг потекли слезы. Женщина тронула его не на шутку.

Кюбра-хала пошла вверх по Губернаторскому саду, купила себе мороженого в новой кафешке и села на скамейку, разглядывая богато отделанные фонтаны. Несмотря на будний день, в саду было много народа. Кто-то фотографировался, кто-то просто праздно сидел и беседовал, наблюдая за своими детьми. Были там и нанятые иностранные няньки с чужими детьми. Их можно было отличить по раскосым азиатским глазам пришелых людей. Ноги гудели. Давно она так долго не ходила. А тут еще и вверх пришлось подняться. Обычный день заставал ее в неспешных делах по дому, а чаще, на диване, в раздумьях о своей жизни. С тех пор, как она похоронила мужа, соседка, Рейхан, и ее дети, покупали ей продукты и часто угощали ее своей едой по праздникам, которые они проводили вместе. Родственников у нее не было и никто не навещал. Старый двор на Советской был всем, что у нее осталось, и заменял ей всю семью. И вот теперь ее сносят. Ее мир уйдет в небытие и заберет с собой все ее воспоминания, которые много лет помогали ей выжить и выстоять все потери. Съев свое мороженое, и отдохнув с час, она медленно побрела вниз. Перейдя дорогу по подземному переходу, она остановилась, чтобы послушать уличных музыкантов, двух молодых красивых ребят, напомнивших ей сына, бросила им мелочь и выбралась на бульвар. Бульвар... сколько с ним связано воспоминаний. На бульваре ей объяснился в любви ее будущий муж. Тут же, на бульваре они, робко держась за руки, катались на Чертовом Колесе, рассматривая с его верхотуры весь бульвар и море. Как же все изменилось. Старого Чертова Колеса уже давно не было и в помине. После смерти детей они почти никуда не ходили. С бульваром у них было связано слишком много, и супруги не осмеливались тревожить этот уголок памяти, дабы не преумножать свою боль до степени непереносимости.

Но сейчас Кюбра шла по нему и ей было легко на сердце. Она глазами искала те места, где когда-то играли ее дети в прятки, и куда она их водила покататься на качелях. Качели! Они тут были. Пройдя Кукольный Театр, в котором они частенько бывали, но не найдя качелей на старом месте, она пошла дальше, в сторону Дворца Ручных Игр. Там раньше было много скамеек в аллеях, которые заселялись влюбленными парочками с наступлением сумерек. Там они впервые по-юношески неопытно и неуклюже поцеловались. Она зарделась и замешкалась. Вдруг одна нога подвернулась. Она поискала свободное место на ближайшей скамье и, так и не дойдя до конца бульвара, присела. Она не сразу заметила лежащую под скамейкой бездомную худую собаку. Ошейник на ней весь истрепался, шерсть была немытой и скомканной. Она ее увидела, когда нагнулась, чтобы потереть растянутую щиколотку. Поискав в карманах что-то, она достала салфетку, и развернув ее, положила перед собакой. Там были жареные тыквенные семечки, ее любимые. Собака, не глядя по сторонам, жадно все проглотила и принялась лизать салфетку, старательно вылизывая из нее всю соль. Забыв о своей жажде, она, обрадовавшись свалившейся на ее голову неожиданной новой хозяйке, никуда не двинулась в поисках воды и заснула рядом с Кюброй.

Луна светила порывисто, то скрываясь, то появляясь из-под бегущих низко облаков. Женщина и собака все еще кружились в молчаливом танце. Устав, собака присела и, высунув сухой язык, просто молча наблюдала за ней. Она же, закрыв глаза, все еще кружилась. Зевнув, собака опустила голову на лапы и приготовилась ко сну. Шум листвы постепенно убаюкивал ее, и вскоре, она заснула крепким сном, в котором в другой, счастливой жизни, резво охотилась на крикливых чаек.

Кямран вернулся домой, но ел без аппетита. Он никак не мог забыть свою пассажирку. Ничего не сказав жене, немного подавленный, он поехал обратно на работу. В конце смены, он развернул машину в направлении, обратном его дому, и поехал на Советскую. Желание вернуть деньги этой женщине жгло его сознание весь день, и он не мог отделаться от чувства вины и того, что поступил недостойно. Он не сомневался в том, что найдет ее. В этих краях все знали друг друга очень хорошо. Но ему повезло. По дверям ходить не пришлось. Подъехав к улице, где он взял Кюбра-халу, он увидел толпу людей. Припарковавшись, обрадованный Кямран вышел из машины. Подойдя к первому стоящему у обочины мужчине, он степенно поздоровался со всеми и начал было свои расспросы, описывая Кюбру, но сразу же получил обескураживающий ответ. "Мы сами ее ищем весь день и не знаем что делать. Даже в полицию позвонили", - расстроенно отозвалась приятная молодая женщина, очевидно, соседка Кюбры. Это была Рейхан, а стоящий рядом с ним широкоплечий мужчина, был ее мужем. Кямрана осенила подкашивающая ноги догадка. Он быстро объяснил кто он, что произошло, и где он высадил Кюбру и, забрав Рейхан с ее мужем и еще двух соседей, поехал быстро к бульвару.

Ночной Баку был великолепен. Он сверкал переливающимися огнями, манил к себе и, не скромничая, зазывал полюбоваться собой, но Кямран, часто любивший ездить в эти часы, наслаждаясь отдыхавшими от дневного ажиотажа и гуденья машин улицами, ничего вокруг не видел. Мрачные мысли одолевали его, но самое противное это был страх, клешнями давивший его нутро. Соседи Кюбры негромко делились своими версиями, думая, что, может, она потеряла сознание на бульваре, может, упала и поломала ногу и надо бы еще и обзвонить больницы. Лишь Кямран напряженно молчал. Он безбожно молился. Вот уже его машина сердито брумкает на старинных камнях. Наконец-то, площадь Азнефть. Он довез всю компанию буквально за считанные минуты. Быстро припарковавшись, они вылетели из нее и пошли прямо. Пройдя Кукольный Театр, они остановились на второй террасе бульварных каскадов. Вокруг тускло мерцали фонари, стараясь дотянуться своим светом до поглощавшей их морской глубины, и надо было дать время глазам, чтобы они попривыкли. Решено было поделиться на две группы. Одна пойдет налево, другая направо. Кямран, Рейхан и ее муж пошли вместе. Для удобства, они решили спуститься на самую нижнюю террасу. Их путь лежал влево, в направлении Дворца Ручных Игр. Шли молча, напряженно вглядываясь вперед и немного вправо, чтобы охватить и верхнюю террасу, так как слева было только море. Не успев пройти и 30 шагов, как они увидели ее. Освещенная мягким светом высокого фонаря, Кюбра стояла у края бульвара, лицом к морю. У ее ног крутилась собака, тревожно вилявшая своим когда-то пушистым хвостом и вопросительно глядевшая на нее. Кюбра, погруженная в одни только ей известные мысли, казалось, забыла о ней и не обращала на нее никакого внимания. Она была поглощена собой и морем. Косынка спустилась на ее плечи, окутав их как шарф, и легкий бриз колыхал серебро ее растрепанных волос, всегда аккуратно собранных в пучок. До нее было шагов сто. И в это время, не сговариваясь, они побежали. Они кричали и махали руками: "Кюбра-халааа, Кюбра-халааа!"

Собака их услышала первой. Почуяв опасность, она ощетинилась и бросилась на них в попытке защитить свою хозяйку от чужаков. Ее истощенное тельце налилось непонятной силой, а грозный оскал придал ей внушительный вид. Она истошно лаяла и очерчивала круги перед Кюброй, определяя радиус допустимого для этих размахивающих руками странных людей расстояния. Лай собаки заставил Кюбру очнуться от своих мыслей, и она повернулась в сторону собаки. Кямран и Рейхан с Джейхуном неслись к ней. Она сперва растерялась, не поверив глазам и думая, что это видение. Затем, задрожав от прилившего к сердцу тепла, которое шквалом обрушилось и охватило все ее хрупкое существо, она закрыв глаза, присела на корточки и зарыдала. Собака, ничего не понимая, стояла между ними, не зная, что делать. Она то подбегала к Кюбре и лизала ее морщинистые, с синими жилками, руки, то отбегала от нее и рычала на незнакомцев. Кюбра взяла себя в руки и начала успокаивать собаку. Происшедшее отняло ее последние силы, которые она берегла для решительного момента в своей жизни, и она, тихо улыбаясь, с залитым слезами лицом, осела на бок на уже остывший асфальт, прижимая к себе дрожащую от возбуждения собаку. Ребята подошли к ней и бережно подняли со словами: "Пойдемте, Кюбра-хала, все Вас дома ждут." Рейхан, плача, обнимала ее за плечи и уже не отпускала до самой машины. Двое других соседей тоже присоединились к ним. Собачка брела рядом, ревностно и заискивающе глядя в глаза Кюбры. Подойдя к такси, Кюбра наклонилась, чтобы погладить ее и попрощаться. Мотор завелся с пол-оборота, все расселись и поехали. Собака стояли на тротуаре и провожала их глазами, полными нечеловеческой тоски. Ее знают только бездомные одинокие собаки. Вот они уже на кругу Азнефти, и машина натужно готовится подняться вверх. Неожиданно, машина сделав полный круг, остановилась перед ней. Кямран вышел из машины, схватил ее в охапку, и посадил на колени Кюбры. Все заулыбались, Кюбра-хала положила свою руку на голову измученной собаки, и счастливая компания, сделав еще один, но уже прощальный, круг по Азнефти, поехала вверх по улице к ярко, по-ночному, освещенной красавице Филармонии, оставляя справа импозантный Губернаторский Сад с его искрящимися и залитыми светом фонтанами, в машине, ворчливо брумкающей на никогда не стареющих древних камнях вечного города, брм-брм-брм.

Tipa-zagadka
нояб. 29, 2017 03:11
Изменено автором : нояб. 29, 2017 07:11:58
48.

Букву номер тринадцать найдите скорей в алфавите,
Отыщите другую (а номер её - тридцать два).
Девятнадцатую вслед за ними в строку запишите,
И десятую букву вписать есть резон и права.
Вновь тринадцатая - и она не дурная примета,
А тридцатая ляжет в тот ряд, сохранив его стиль.
Тороплюсь поделиться я этой загадки ответом:
Это наша любимая и дорогая ЛЮСИЛЬ.

Zakazy
нояб. 29, 2017 01:39
Изменено автором : нояб. 29, 2017 07:08:29
47. Что заказывать будете?

Существует ли праздничное занятие, более приятное, чем получение подарков? Нет, не тех формально-усредненных букетов красных гвоздик и коробок «Чинара», которые во времена нашего детства в массовом порядке раздавались по торжественным датам любимым учительницам и ценным сотрудницам. И не дежурных пепельниц для курящих, заменяемых на канцелярские наборы, в случае, если одариваемый воздерживался от этой вредной привычки. А долгожданных объектов желаний, порой тщательно скрываемых даже от самых близких. Что может быть ценнее воплощения в жизнь давней мечты?
Конечно, возможность самому хотя бы на мгновение почувствовать себя настоящим волшебником. И именно поэтому в те почти уже скрывшиеся за горизонтом годы, в преддверии праздника, главной задачей каждого советского человека, а по совместительству, любящего родственника, друга и просто хорошего знакомого было оббегать кучу магазинов, отыскать вожделенную иголку в стогах сена, выстоять очередь и, подобно охотничьему трофею, принести домой и с видом победителя вручить счастливому получателю тот самый, единственный и неповторимый презент.
Казалось бы, проблема с выбором подарка должна была раствориться в прошлом одновременно с главной ее причиной, тотальным дефицитом, а вероятность точного попадания выстроиться в прямо пропорциональную зависимость от степени близости к объекту. Но правило это успешно работало только на первых порах, а потом…

Дана и Джамал были женаты уже почти восемь лет, их дочери Лике недавно исполнилось пять. Переехав несколько месяцев назад из съемного жилья в собственную, хоть и совсем небольшую, квартиру, они все оставшиеся после покупки силы и средства вкладывали в ее обустройство. Обстановка в семейном гнездышке больше напоминала спартанскую: две кровати, для молодых родителей и маленькой кареглазой принцессы, небольшой шкаф, кухонный стол, три стула, телевизор, холодильник, простенькая вешалка в прихожей. И, конечно, любимец всей семьи - старенький компьютер, свет в окошке и проводник в мир путешествий по океану информации, хранящейся в глобальной сети.
Часы общения с высокотехнологическим другом были строго регламентированы и изменялись только в случае крайней необходимости и по предварительной договоренности супругов, что позволяло сохранять устойчивое равновесие в их дружном семействе.

За непрерывными хлопотами приблизилась к завершению весна, и на горизонте замаячило солнечное лето. В другое время супруги, уроженцы южного города, только радовались бы скорой возможности отогреться после снежной зимы, но сейчас, с приближением теплых деньков, все задумчивее становилась Дана. Вопрос, будивший ее по утрам и не дававший уснуть ночами, был прост и сложен одновременно: что подарить любимому мужу на день рождения, совпадавший с первым днем лучшего сезона года? Одеколоны и галстуки отпадали сразу - слишком банально, подарочные издания, которыми она радовала Джамала, заядлого библиофила, в первые годы супружеской жизни, пока еще лежали в коробках, поэтому увеличивать их поголовье время не пришло, на подбор милых мелочей не хватало даже ее неисчерпаемой фантазии. Осторожные расспросы супруга тоже не принесли плодов.
Дана уже почти сдалась и приготовилась ограничиться традиционной открыткой и противнем собственноручно испеченной по рецепту свекрови пахлавы, но ровно за 10 дней до предстоящего радостного события, заняв по праву принадлежащий ей на ближайшие полтора часа компьютер, обнаружила один из браузеров открытым на странице крупного магазина электроники. Выстроившись в аккуратный столбик, с экрана ей злорадно улыбались ноутбуки различных фирм и моделей. Указанная рядом с виртуальными мучителями цена добила ее и так уже нерадостное настроение окончательно. Конечно, можно было бы попробовать занять недостающую сумму у родителей, но они с Джамалом и так считали дни до окончательного погашения предыдущих заимствований. Да и предстоящие денежные поступления молодой семьи тоже были рассчитаны вплоть до звонкой мелочи. Оставалось только надеяться, что за оставшееся время ей удастся подобрать достойную замену мужниной мечте.

Но часы неумолимо тикали, приближая день Х, а революционные идеи не торопились посещать светлую голову заботливой жены. Выбрав самую романтическую открытку и закупив все необходимое для любимой выпечки мужа, Дана взяла на работе отгул, чтобы успеть со всеми приготовлениями до предстоящего праздника. Протирая невидимую глазу пыль перед монитором, она задела две небольшие яркие картинки, плавно спланировавшие на безукоризненно чистый пол. «Винстон приглашает поучаствовать в новой акции…»
«Какая еще акция?» Не успев окончательно сформулировать этот вопрос, Дана неожиданно вспомнила. Папа, заядлый курильщик, попросил ее, «как главного компьютерного специалиста в семье», зарегистрировать для него два кода от сигарет, обещавших гарантированный приз – флешку – всем участникам. Девушка перевернула вкладыш и пробежала глазами по строчкам: «Последний день регистрации – 25 мая.» Быстрый взгляд на календарь, чтобы убедиться в очевидном: она успевает выполнить просьбу родителя, а венику с тряпками придется немного подождать.
Включение компьютера, заход на сайт Винстона и заполнение необходимых граф заняли у нее всего несколько минут. Чуть больше времени понадобилось на размышление о том, на кого оформить второй вкладыш, потому что больше одной флешки участникам не полагалось, а других подверженных пагубной привычке среди ближайших родственников Даны не наблюдалось. Решив, что имя мужа будет выглядеть солиднее, Дана заполнила второй профиль на него и, выбившись из графика, поспешила продолжить свое светлое дело.

Вернувшийся с работы Джамал прямо с порога обрушил на нее неприятную новость: «Ты представляешь, эти мошенники уже и до меня добрались!»
- Какие мошенники? - в голове Даны хороводом закружились тревожные мысли: на мужа повесили кредит? Взломали и опустошили его карточку? Или даже… только бы с документами на квартиру все было благополучно.
- Телефонные мошенники, - Джамал кипел, как чайник от Тефаль, подаренный его родителями на новоселье. - Представляешь, они позвонили мне и заявили, что я выиграл ноутбук, и теперь им необходимо сверить все личные данные.
- Надеюсь, ты им отказал? – в здравомыслии супруга Дане сомневаться не приходилось, но не задать этот вопрос она не могла.
- Я-то попытался, но тогда эти проходимцы сами продиктовали мне всю личную информацию и сказали, что, если я желаю получить приз, то должен в течение двух суток прислать им скан паспорта. Нашли дурачка. Я им – скан паспорта, а они мне – кредит на пару миллионов. И подготовленные такие, солидной фирмой представились, еще спрашивали для правдоподобия, курю ли я.
- И что ты им ответил? – разноцветные стеклышки в голове Даны начали укладываться в гармоничный узор.
- Я растерялся и ответил «да», и тогда они сказали, что завтра еще позвонят, если мой скан до них не дойдет. А что надо было ответить?
- Это и надо было, наверное, - Дана не очень верила в совпадения, но сначала ей надо было удостовериться, - ты раздевайся и мой руки, а я поставлю разогреваться ужин и буду через пять минут.
Просьба поделиться эфирным временем не была с пониманием воспринята Ликой, с увлечением подсчитывавшей пойманных на экране компьютера пушистых белок и шедшей на абсолютный рекорд, но обещание возместить ей потерянное в десятикратном размере плюс шоколадка сделало малышку более покладистой.
Раз - набран знакомый адрес, два – список сегодняшних победителей просмотрен по диагонали, три – вот и знакомые фамилии в числе счастливых обладателей флешек, четыре…
- Джамал! Скорее иди сюда!
- Что случилось? Компьютер завис? Давай уже поедим, потом исправлю, - система приоритетов Джамала была выстроена сообразно представлениям типичного кавказского мужчины: сначала еда, потом – удовольствия.
- Да не зависло ничего, иди быстрее, не пожалеешь!
- Ну, что тут у тебя? Аааа, решила мошенников вывести на чистую воду? Странно… - он осекся на полуслове и напряженно уставился в экран, на котором черным по белому было написано: «Победитель дня и обладатель ноутбука - Джамал…» и дальше его фамилия.
- Подожди, они целый сайт забабахали, значит, для развода лохов? – Джамал, все еще не веря в свое счастье, обернулся к жене.
- Да нет же. Это я сегодня зарегистрировала два кода, про которые совсем забыла. Последний день акции, думала, флешки для папы выиграю, про ноутбук не знала даже…
- Случайно? Ты же не веришь в случайности, - Джамал хитро подмигнул супруге, уже понемногу приходя в себя.
- Значит, неслучайно. Я очень хотела сделать тебе этот подарок, вот меня и услышали… кто-то.
- На представителей Винстона намекаешь или на кого-то повыше? – настроение Джамала повышалось с каждой минутой.
- Намекаю на то, что твоя умница-жена сразу решила два вопроса: и с желанным подарком любимому мужу, и со временем за компом себе.

На следующее утро срочно отсканированный паспорт был отправлен по нужному адресу, ангельский голосок сотрудницы пообещал доставить выигрыш победителю в течение ближайшей недели. Эта радостная весть была немедленно донесена до героини дня, которая немного расстроилась, что с доставкой не успеют до праздника. Если бы знать… Ну, кто мешал ей найти эти вкладыши чуть раньше?
Однако и эта просьба Даны была услышана. Накануне дня рождения на мобильном Джамала раздался звонок от службы доставки, и вежливый баритон предложил доставить ценный груз назавтра, во второй половине дня.
К 15.00 начали собираться гости, ровно в 17.00 пронзительная трель дверного звонка возвестила о приходе посыльного, что задержало произнесение очередного тоста за здравие именинника на четверть часа, необходимую для распаковки и проверки подарка. После этого сияющий пуще начищенного медного самовара Джамал вернулся за стол, и остаток праздника прошел с особым воодушевлением.

Утром Дана проснулась от стрекота клавиш: с комфортом расположившийся рядом Джамал увлеченно расстреливал компьютерных монстров. Почувствовав взгляд жены, он на секунду оторвался от безжалостной расправы и, отложив ноутбук в сторону, пошутил: «Может быть, мне тоже начать курить, раз это такое выгодное занятие?»
- Даже и не думай, - всерьез возмутилась Дана, не переносящая табачного дыма и уже второе десятилетие всеми возможными способами пытавшаяся отучить от вредной привычки отца, - лучше перед следующим Днем Рождения отправь в бюро исполнения желаний заказ на «Мерседес».

Thirty five
нояб. 28, 2017 16:26
Изменено автором : нояб. 29, 2017 07:06:25
46.

Телефон верещал, как нанятый.
Когда его трезвон наконец проник в моё сознание, я ещё несколько секунд пытался сообразить, снится мне это или всё-таки происходит наяву.
01:34 на часах. Телефонный звонок в такое время как правило возвещает о какой-то новости. Реже - о хорошей. Чаще - о плохой: негативом люди почему-то делятся охотнее.
Иногда звонки бывают и нейтральными. Например, звонят подвыпившие друзья. Как в этот раз.
Уф-ф-ф! Тревога улетучилась. На смену ей пришло облегчение, разбавленное раздражением: разбудили среди ночи, а мне завтра на смену заступать – предстоят сутки без сна и ответственность выше крыши.
- Привет! Чем занят? – в трубке игривый голос Айдына, сопровождаемый фоновым гоготом Шахмара с Рауфом.
- Сплю. Такая, знаешь ли, дурная привычка у меня – спать по ночам.
- Действительно, дурацкое хобби. А мы в казино собрались. Давай с нами!
С этими троими я дружу уже давно, ещё со студенческой скамьи. Айдын всегда был душой компании, заводилой и организатором. Практически всеми нашими поездками по городам покойного СССР, загородными пикниками, квартирными собирушками, экскурсиями и прочими вылазками мы обязаны его активности. Это человек, знающий цену дружбе и умеющий дружить как никто. Тот, кто по первому зову без всяких вопросов примчится на помощь среди ночи сквозь огонь, воду и медные трубы. И я не могу ему отказать, пусть даже если это просто его пьяная прихоть.
«Не сходи с ума - у тебя завтра дежурство!» - топал ногами разум, но я только хмыкнул и, прогундосив:
- Ладно, через полчаса буду в «Хайате». Подтягивайтесь туда, - поплёлся умываться.
Четверть часа спустя я спускался по лестнице, на ходу похлопывая себя по карманам и бормоча под нос: «Удостоверение взял, ключи взял, бабки вз... Бабки забыл!»
Вообще-то, я не суеверный. Я не верю ни в пустые вёдра, ни в чёрную кошку, ни во что другое. Но надо было возвращаться за деньгами, а я не хотел. И вовсе не потому, что это считается плохой приметой, а просто было лень. И тут, вдруг – надо же! - вспомнил о заначке. Пару дней назад сослуживец вернул мне взятые некогда в долг двадцать баксов, которые я поместил в отдельную секцию моего бумажника (так, на случай форс-мажора), где купюра до сих пор и покоилась.
«Вот и славно. Быстренько продую эту двадцатку - и обратно, спать», - решил я.
******************
Я топтался на крыльце игорного дома и уже зажёг вторую сигарету в ожидании этих раздолбаев: условленные полчаса давно минули, а парней всё не было. Они вышли из подъехавшего такси в тот момент, когда я решил отправиться домой. Я пытался было поворчать насчёт их таджикской пунктуальности, но они даже не думали ничего слушать, только тискали меня за плечи и ржали. Вот так, в обнимку, мы и вошли внутрь, сопровождаемые взглядами двух амбалов у входа, явно сомневавшихся в том, что нас стоило впускать.
Парни разбрелись кто куда: Айдын с Шахмаром сели играть в Блэк Джек (в "очко" по-нашему), а Рауф, не страдавший навыками в карточных играх, с исступлением дёргал "одноруких бандитов".
Несмотря на наличие определённой доли азарта в природе моего существа, это был мой первый визит в казино. И это слово в моём восприятии было прочно связано с понятием "рулетка". Туда я и направился. Устроившись в нижнем конце обитого зелёным бильярдным сукном стола, я тасовал перед собой двадцать долларовых фишек и не торопился делать ставки. "Не спеши", - говорил я сам себе, - "Надо пока понаблюдать, попривыкнуть".
Игроков было немного - два молокососа, явно кутивших на папашины денежки, какой-то полуспящий мужик, клевавший носом с регулярностью нефтяной качалки, и пожилая чета импортных французов. "Делайте ваши ставки, господа", - то и дело слышалось за столом. Игра шла довольно резво, и меньше чем за полчаса я насчитал семь чёрных исходов и всего лишь два красных. "Сейчас быстренько продую и пойду спать", - я двинул все фишки на красное: теория вероятности продиктовала мне именно этот шаг. Крупье косо посмотрел в мою сторону. Молча.
- Двадцать семь, красное, нечётное! - объявил он, когда шарик остановился в ячейке. И придвинул ко мне мои жетоны, присовокупив к ним столько же.
Я отсчитал из кучи двадцать фишек и положил их в карман: это кровные. А играть я буду на выигранные.
Следующую ставку я снова сделал минут через двадцать-тридцать. Снова по тому же принципу. Снова все жетоны на красное. И снова выиграл. Выигрыш достиг сорока фишек.
Ещё через четверть часа чёрная восьмёрка опять удвоила количество моих жетонов. Восемьдесят долларов. По меркам 1997-го года это была вполне ощутимая сумма для такого среднестатистического гражданина, как я. И поэтому я решил прекратить ставить ва-банк и стал играть помельче.
******************
- Ну-с, как тут у нас дела? - подошедший сзади Айдын хлопнул меня по плечу.
- Тише ты - пёрку спугнёшь! 85 впереди. Сами-то сколько настригли?
- Я продул 15 баксов. А эти - вот...
Шахмар флегматично пытался отгрызть заусенец на ногте - он был при своих. А Рауф, как выяснилось, спустил сотню и стоял мрачнее тучи.
- Сворачиваетесь? - спросил я нарочито громко, чтоб все слышали, мол, я не соскакиваю с выигрышем и играл бы дальше, но друзья уходят, и я с ними.
- А давай вот что сделаем, - в глазах Айдына блеснула искорка какой-то идеи. - Давай сыграем с тобой на пару последний кон.
- Давай. Только поясни, как именно ты собрался играть.
- Значит, так. Ты впереди на 85, я отстаю на 15. Скидываемся по 35 колов и ставим на одно конкретное число. Выиграем - ура! А проиграем - по крайней мере счёт станет ровным: я продую 50, а ты выиграешь 50. Идёт?
Я кивнул. Мне понравилось такое обоснование. Всё выглядело логично.
- И последнее... На какое число будем ставить? - Айдын уставился на меня вопросительным взглядом.
- А чё... Скинулись по 35, вот на 35 и поставим. Нет?
- Голова! - Айдын отвесил мне одобрительный подзатыльник.
******************
Семь десятидолларовых жетонов, покрывавших сектор 35, стояли небрежной стопочкой прямо передо мной на расстоянии вытянутой руки. А шарик носился по кругу, перепрыгивая из ячейки в ячейку, словно бешеная блоха. Наконец он остановился было на "зеро", но тут неведомая сила выплюнула его оттуда. Шарик перескочил на 28, через секунду он уже был в ячейке 3. Скорость вращения рулетки к тому времени заметно упала, и я уже разуверился в выигрыше, когда шарик лениво, будто нехотя, переполз на соседнюю ячейку. 35 !!!
Крупье отсчитал нам выигрыш: по иронии судьбы он составил 35 крат от нашей ставки. Полташ мы отстегнули ему на чаевые. Сотню дали Рауфу в качестве компенсации проигрыша, правда, не бесплатно: это обошлось Рауфу в два пинка под зад, чтоб не смел больше растрачивать семейный бюджет. По куску мы с Айдыном взяли себе, а оставшиеся триста планировалось промотать по полной программе в ближайшие выходные.
Когда я вернулся домой, смысла ложиться спать уже не было. Мой "умный" будильник показывал 29 июня, 05:30.


vstrecha s
нояб. 27, 2017 14:44
Изменено автором : нояб. 30, 2017 03:14:30
45. Встреча (навеяно одной интернет-историей)

Одиноко сидящая пожилая женщина на бульваре, устремившая свой взгляд в сливающийся с синью моря горизонт, ничем не привлекала взоры редких прохожих, разве, что тем малозначащим фактом, что рядом с ней, прям у ног, примостилась собака. Обе были неподвижны. Шло время. Становилось темно. Она поежилась и оглянулась вокруг. Никого не было. Лишь листва деревьев, оживавших от каждого прикосновения к ним легкого морского бриза, шумела над ее головой. «Сколько она тут просидела? Да, какая разница?» – тряхнула она головой, повязанной косынкой, и встала. Ей некуда было торопиться. Уже некуда. Она улыбнулась и повернулась к городу лицом, затем взглянула в почти черное небо и плавно, слегка подняв свои руки в стороны, неторопливо закружилась, напоминая собой древнего дервиша. Собака, пытаясь попасть в ритм ее танца, держалась ее подола и кружилась вместе с нею, и только прорывающиеся то тут, то там, сквозь облака, звезды, свысока и с молчаливым безразличием смотрели на эту странную парочку. И не такое они видывали.

Кямран, закончив развозить последнего пассажира и развернувшись на конце Советской улицы, уже собирался домой, на обеденный перерыв, как увидел бабушку, пытающуюся остановить такси. Решив, что еще одна ходка не помешает, а желудок подождет, он притормозил перед ней, и участливо поинтересовался о том, куда ей надо. Она, ответив, что недалеко, села в его машину, бытсро примостившись на заднем сиденье. «Отвези меня в Парк Кирова», - попросила она. Ничуточку не удивившись, Кямран понял сразу, куда она хотела, так как тоже был городским и помнил те времена, когда самое высокое место в городе называлось так. Они приехали. Бабушка вышла из машины, но попросила его не уезжать. Она подошла к могилам, походила там и быстро развернувшись, вернулась обратно. «А теперь вези меня на Баксовет», - сказала она. Кямран нажал на газ, - маршрут был знакомым - и поехал вниз. Доехав до Баксовета, она попросила его проехать по улице вниз, вправо, мимо Нархоза, далее свернуть на дорогу в ЦУМ. Все это время она внимательно смотрела в окно. Приехав к знаменитому кругу около не менее знаменитой 5-этажки, она попросила остановиться у Аздрамы. Кямран, не до конца понимая смысла маршрута, послушно остановился. Эта непонятная игра его заинтриговала. Бабушка молча смотрела на Аздраму. Казалось, что воспоминания унесли ее в иную реальность. Он, медленно, стараясь не вспугнуть окутавшую их тишину, обернулся. Бабушка сидела, не двигаясь. В ее глубоких морщинах блестела влага. Солнце светило ей в глаза, спрятанные в глубоких глазницах, и, может от того, она даже не щурилась. Он быстро отвернулся. Прошло добрых 10 минут. «Поехали, сынок» - попросила она. Он поехал обратно. Не доезжая до Монолита, она попросила его подняться вверх по улице и проехать мимо Пассажа, а оттуда завезти на угол, где стояло старинное красивое готическое здание бывшего Дворца Бракосочетания. Там они опять остановились. Все повторилось с точностью первого раза. Она вновь сидела, как изваяние, но этот раз ее глаза лучились. Уголки губ слегка поднялись в полуулыбке. Как будто б догадавшись, что у Кямрана в голове роется миллион вопросоа, она, не глядя на него, сказала: «Да, тут я сочеталась браком... 40 лет тому назад.» «Под марш Мендельсона, как я и хотела.» - широко и беззубно улыбнулась она. Ее лицо слегка помолодело, благодаря румянцу, стыдливо проступившему через ее тонкую светлую кожу. Она тряхнула головой и сказала: «Ну все, сынок, здесь все. Поехали.»
«Куда, хала?» «А, давай в Губернаторский Сад, как раз тут близко.» Машина тронулась и помчалась вверх, мимо небольшого уютного городского садика, недалеко от 134 школы, чтобы оттуда уже влиться в противоположное движение и поехать по назначению. Кямран весело мчал машину. Вот они проехали обновленную белоснежную и торжественную, как невеста, Филармонию, и далее вниз, по брусчатке. Казалось, что и машина веселится, брумкая на каждом древнем камне: брм-брм-брм. Но тут, необычная пассажирка попросила его остановиться, чтобы она смогла сойти. Объехав круг Азнефти, он притормозил у кромки тротуара, и, бабушка, довольная, протянула ему деньги. Кямрану стало неловко. Он стал вежливо отказываться от денег. «Нет, хала, не надо, оставь себе, небось пенсия маленькая.» Кюбра-хала, как звали ее, наотрез отказалась от такого предложения и сказала неожиданно твердым голосом: «Сынок, тебе самому семью кормить, знаю, что времена нелегкие, а мне... мне уже много и не надо. Детей у меня нет, оба погибли в автокатастрофе, муж тоже умер. У меня никого нет, а на себя мне хватает». Она оставила деньги на сидении и спешно вышла из машины. Слегка дрожащими пальцами Кямран нерешительно потянулся до денег, но так и не взяв их, завел машину и поехал. Он ехал, а по его загорелым щекам вдруг потекли слезы. Женщина тронула его не на шутку.

Кюбра-хала пошла вверх по Губернаторскому саду, купила себе мороженого в новой кафешке и села на скамейку, разглядывая богато отделанные фонтаны. Несмотря на будний день, в саду было много народа. Кто-то фотографировался, кто-то просто праздно сидел и беседовал, наблюдая за своими детьми. Были там и нанятые иностранные няньки с чужими детьми. Их можно было отличить по раскосым азиатским глазам пришелых людей. Ноги гудели. Давно она так долго не ходила. А тут еще и вверх пришлось подняться. Обычный день заставал ее в неспешных делах по дому, а чаще, на диване, в раздумьях о своей жизни. С тех пор, как она похоронила мужа, соседка, Рейхан, и ее дети, покупали ей продукты и часто угощали ее своей едой по праздникам, которые они проводили вместе. Родственников у нее не было и никто не навещал. Старый двор на Советской был всем, что у нее осталось, и заменял ей всю семью. И вот теперь ее сносят. Ее мир уйдет в небытие и заберет с собой все ее воспоминания, которые много лет помогали ей выжить и выстоять все потери. Съев свое мороженое, и отдохнув с час, она медленно побрела вниз. Перейдя дорогу по подземному переходу, она остановилась, чтобы послушать уличных музыкантов, двух молодых красивых ребят, напомнивших ей сына, бросила им мелочь и выбралась на бульвар. Бульвар... сколько с ним связано воспоминаний. На бульваре ей объяснился в любви ее будущий муж. Тут же, на бульваре они, робко держась за руки, катались на Чертовом Колесе, рассматривая с его верхотуры весь бульвар и море. Как же все изменилось. Старого Чертова Колеса уже давно не было и в помине. После смерти детей они почти никуда не ходили. С бульваром у них было связано слишком много, и супруги не осмеливались тревожить этот уголок памяти, дабы не преумножать свою боль до степени непереносимости.

Но сейчас Кюбра шла по нему и ей было легко на сердце. Она глазами искала те места, где когда-то играли ее дети в прятки, и куда она их водила покататься на качелях. Качели! Они тут были. Пройдя Кукольный Театр, в котором они частенько бывали, но не найдя качелей на старом месте, она пошла дальше, в сторону Дворца Ручных Игр. Там раньше было много скамеек в аллеях, которые заселялись влюбленными парочками с наступлением сумерек. Там они впервые по-юношески неопытно и неуклюже поцеловались. Она зарделась и замешкалась. Вдруг одна нога подвернулась. Она поискала свободное место на ближайшей скамье и, так и не дойдя до конца бульвара, присела. Она не сразу заметила лежащую под скамейкой бездомную худую собаку. Ошейник на ней весь истрепался, шерсть была немытой и скомканной. Она ее увидела, когда нагнулась, чтобы потереть растянутую щиколотку. Поискав в карманах что-то, она достала салфетку, и развернув ее, положила перед собакой. Там были жареные тыквенные семечки, ее любимые. Собака, не глядя по сторонам, жадно все проглотила и принялась лизать салфетку, старательно вылизывая из нее всю соль. Забыв о своей жажде, она, обрадовавшись свалившейся на ее голову неожиданной новой хозяйке, никуда не двинулась в поисках воды и заснула рядом с Кюброй.

Луна светила порывисто, то скрываясь, то появляясь из-под бегущих низко облаков. Женщина и собака все еще кружились в молчаливом танце. Устав, собака присела и, высунув сухой язык, просто молча наблюдала за ней. Она же, закрыв глаза, все еще кружилась. Зевнув, собака опустила голову на лапы и приготовилась ко сну. Шум листвы постепенно убаюкивал ее, и вскоре, она заснула крепким сном, в котором резво охотилась на чаек. Ее разбудил легкий еле различимый странный звук, который диссонансом вплелся в ночную бульварную какафонию, и она вскочила на ноги. Не совсем соображая, что к чему, она стала искать свою новую хозяйку, но ее не было. Собака побежала вправо, затем влево, затем остановилась и принюхалась к воздуху, а затем, прижала свой нос к земле и пошла. Она шла все быстрее и быстрее, радуясь скорой встрече, и вдруг резко оказалась на самом краю тротуара. Чуть не плюхнувшись в воду, она ел успела остановить свое несущееся по инерции тело. Одна лапка вылезла за край тротуара и повисла в воздухе, над водой, три остались на суше. Она осторожно поползла задом обратно, вытягивая свою лапу, и скоро оказалась на твердом асфальте.

Подняв голову к небу, собака завыла, судорожно, заливисто. Ее протяжный вой разбивался о ночные волны Каспия и гасился его белыми солеными бурунчиками. Охрипнув, она понуро побрела обратно, села под скамейку и, положив голову на все еще вкусно пахнущую салфетку, заснула.
Утром уборщики нашли ее на обычном месте. Ее кроваво-красные глаза смотрели на них безжизненно, с застывшими в них холодными слезами. «Йазыг, ахырки джаныны верди», - сказали они и, положив ее бережно в мешок вместе с салфеткой, унесли.




more or less
нояб. 26, 2017 10:01
Изменено автором : нояб. 26, 2017 17:50:25
44.

Что есть числа в жизни нашей?
Что они нам говорят?
Делают дни наши краше,
Иль расстроить нас хотят?

Мы понять себя не можем.
Логика нам бой дает.
Иногда хотим, что больше,
А порой, наоборот.

Дни рождений отмечаем,
Веселимся в этот день.
А как возраст вспоминаем,
Настроенье – хренотень.

Сколько б денег ни имели,
Все равно недостает,
А налоги повышают,
Сразу ж по карману бьет.

На весы взобравшись тушей,
Жаждем малое число.
Если ж малый рост у мужа,
Говорят «не повезло».

Двести граммов – нА смех курам.
Лучше, все-таки шестьсот,
Это ночью. А наутро
Все как раз наоборот.

Все же, людям что нужнее?
Числам это не понять.
Что за действие важнее:
Умножать иль отнимать?

ribelle
нояб. 26, 2017 04:04
Изменено автором : нояб. 26, 2017 06:40:17
43. Оторвавшись от земли…

"Кап, кап, кап…" Полина и так уже полчаса лежала с закрытыми глазами, пытаясь уснуть, а тут еще этот настойчивый звук, раздражающий даже больше, чем визгливый голос Луизы, кузины мужа, осчастливившей их сегодня своим визитом. Ну, конечно, сорокапятилетие супруги любимого брата, отстоявшей накануне у плиты целую рабочую смену и наготовившей деликатесов на всю многочисленную компанию близких и не очень родственников и друзей, как она могла такое пропустить?
"Полиночка, у вас настолько чистый пол, что это пятнышко в левом дальнем углу так и бросается в глаза." (Как ни силилась, разглядеть это пятнышко Полина так и не смогла, накануне она отдраила и без того чистый паркет буквально до блеска, рискуя содрать с него весь лак до самого основания).
"Полиночка, ты поправилась? В нашем возрасте надо уже следить за фигурой." (На самом деле, Полина похудела на два с половиной килограмма и очень гордилась этим своим достижением).
"Полиночка, Димочка все еще занимается карате? Что ты, что ты, уже давно только дзюдо в моде." (Скривившееся как от килограмма лимонов лицо младшего сына Полине пришлось заслонять от бесцеремонной тети буквально грудью).
"Полиночка, неужели Влада до сих пор не вышла замуж? Ее срочно надо познакомить с приличным молодым человеком. Если хотите, я могу взять это на себя." (Девятнадцатилетняя дочка была срочно отослана мамой на кухню за несуществующими бананами во избежание кровопролития).
А уж когда Луиза увидела в ванной протекающий кран, от гримасы брезгливости, перекосившей ее лицо, Полина была готова провалиться сквозь землю.

Говорила же Артему: почини, гости придут, неудобно. А он отмахнулся – не пристало одному из главных специалистов консалтинговой фирмы самому снисходить до такой грязной работы.
Времени вызывать сантехника у Артема тоже нет, пусть Полина сама этим займется. И его совершенно не волнует, что она тоже с утра до вечера на работе, а в перерывах готовит, стирает, убирает и всеми силами обеспечивает уют в их просторной трешке в хорошем районе (не забывай, кто на нее заработал!).
Конечно, Полина, замотавшись с подготовкой к празднику, не успела решить проблему с краном, и краснеть перед гостями тоже как всегда пришлось ей. Точнее, перед одной гостьей, остальные оказались не столь придирчивыми, и праздник, в общем, прошел на высоте. Конечно, гораздо приятнее было бы отметить его в ресторане, но Артем и слышать не хотел о подобном расточительстве.
Нет, он не был жадным, скорее, рачительным. Рациональным. В противовес романтичной и эмоциональной Полине. Конечно, самой ей и в голову не пришло бы выйти за него замуж – слишком уж разными они были, но сыграли роль его настойчивые ухаживания, нашедшие живой отклик в сердце ее мамы: "Полиночка, присмотрись, какой милый мальчик, из хорошей семьи, и как тебя любит! Полиночка, доченька, тебе уже 24, время перебирать женихов закончилось, не век же тебе на наших с папой шеях сидеть, а еще немного, и останешься старой девой."
Нет, родители Полины тоже жадными не были и желали дочери только добра. И спокойной размеренной жизни – такой же, какая была у них самих. Если бы Полина не знала точно, что папа с мамой ей родные, то решила бы, что ее удочерили в раннем детстве – слишком уж отличались темпераменты.
Совместные уговоры все же принесли свои плоды, на втором году хождений с родительским избранником по окрестным кинотеатрам и кафе Полина выдавила из себя столь долгожданное "да", состоялась пышная свадьба, и дальше все пошло как по накатанной – рождение дочери, покупка квартиры, появление сына, работа…

Да, работа. Тут тоже все сложилось не совсем так, как хотела Полина. Точнее, совсем не так. Она с детства хорошо рисовала и сама научилась шить, поэтому мечтала лишь об одном – стать модным дизайнером хотя бы городского значения, и самой же щеголять в сконструированных роскошных нарядах, потому что то, что продавалось в окрестных универмагах в те времена, ее совершенно не устраивало.
Однако родители Полины, потомственные филологи, и слышать не хотели о ее мечте, и настаивали, чтобы дочь продолжила семейную традицию, тем более, что "Полиночка, у тебя ведь такие способности к языкам." Опять это "Полиночка", произносимое в случаях крайнего недовольства или прогнозируемого протеста со стороны дочери. Протеста, слабеющего год от года. Бунтарский дух Полины вступал в непримиримое противоречие с ее природной эмпатией и все чаще проигрывал в этой битве.
Поэтому поступила она, конечно, на филологический, блестяще его окончила и даже отработала целых 7 лет в своей альма-матер, учительницей итальянского. Но потом, воспользовавшись затянувшимся декретным отпуском и "случайно" подвернувшейся вакансией, сбежала оттуда в один из гламурных журналов. Не уровня "Elle", конечно, но лучше уж так, чем целыми днями учить малышей неподдающейся артикуляции.

"Кап, кап, кап, кап…" Почему бы не попробовать сосчитать эти стекающие капли, разбивающиеся о белоснежный фаянс, которые ничем не хуже многоголового стада овец, успевшего проскакать перед ее внутренним взором?
"Раз, два, три… надо не забыть достать Димину осеннюю куртку, очень уж похолодало… одиннадцать, двенадцать, тринадцать… Влада просила купить малиновый джемпер под новые скинни… двадцать восемь, двадцать девять, тридцать… надо напомнить Артему про подарок его родителям, через неделю у них золотая свадьба… Пятьдесят четыре, пятьдесят пять…Пиии…Пииии…Пиии."
Полина подскочила на кровати, будучи уверенной, что пронзительный звонок будильника ей только приснился, ведь она еще даже не сомкнула глаз. Но взгляд, брошенный на электронного мучителя, лишил ее этой призрачной надежды – 6.40, пора вставать.

Расчерченное как по линейке утро прошло в обычном режиме, не считая забытого на зарядке мобильного, за которым Полина решила не возвращаться.
А вот в знакомом до трещинки офисе ее поджидал неприятный сюрприз: Арсений Петрович, ее непосредственный начальник, рвал и метал. Нет, причиной его раздражения, к счастью, стала не Полина, но от этого было не легче: от громоизвержения и молниеметания обычно доставалось и виноватым, и правым.
"Нет, вы только представьте, она ухитрилась подхватить ветрянку! – бушевал шеф. – Какая, вы только скажите мне, какая ветрянка может быть у взрослой, половозрелой особи женского пола в 27 лет?"
По озвученному возрасту Полина вычислила провинившуюся еще до того, как из уст шефа, подобно ругательству, вылетело имя – Карина. Послезавтра виновнице скандала предстояла командировка в Милан, на показ-трибьют Джанни Версаче. Билеты и гостиница заказаны заранее, партнерами уже внесена предоплата за рекламу на страницах статьи-отчета о просмотре в следующем номере. И тут – такое невезение.
"В гости она, видите ли, пошла, племянницу давно не видела. Ну, вот пусть теперь ей родители этой племянницы зарплату и платят, а на меня пусть больше не рассчитывает," – шеф побагровел подобно помидору любимого Полиной сорта "бычье сердце", и она уже всерьез начала опасаться, что его сейчас хватит удар.
"И кого, ну, скажите только, кого я теперь вместо нее пошлю? Елена в отпуске на Кипре, Вера на больничном, Римме скоро в декрет. Остается одна Клавдия Семеновна."
"Клавдия Семеновна, - обратился он к секретарше, единственной представительнице старшего поколения в их коллективе, доставшейся ему в наследство от прежнего руководителя и дорабатывавшей последние годы до пенсии, - а Вы печатайте приказ об увольнении этой безответственной особы, печатайте."
"Я могу поехать", - эта спасительная фраза прозвучала совершенно неожиданно для всей четверки находившихся в комнате, и Полине понадобилось еще несколько мгновений на осознание того, что сказана она ею самой.
"Полина Дмитриевна, но Вы же единственным условием при приеме на работу поставили полное отсутствие командировок," - первым дар речи вернулся к многоопытной Клавдии Семеновне.
"Ну, вот и пришла пора это условие нарушить," - и еще одна фраза, произнесенная как будто кем-то другим.
"Полина Дмитриевна, а Вам не надо обсудить это с мужем?" - это уже скромная Римма подала голос. Римма была вхожа в дом Полины уже года три, почти с самого момента принятия ее на работу, поэтому тонкости их семейных отношений не были для нее тайной за семью печатями.
"Полина Дмитриевна решит этот вопрос, если надо будет, я сам позвоню Артему Владимировичу,- шеф решил схватить быка за рога, пока тот не умчался прочь, - загранпаспорт с шенгенской визой у нее тоже имеется, так что срочно займитесь переоформлением билета и брони в гостинице, Клавдия Семеновна. Приказ об увольнении Карины подождет."

Весь остаток рабочего дня Полина провела как на иголках. Прокручивала в голове предстоящий разговор с мужем, прикидывала, с чего начать и какие аргументы привести в пользу поездки, раздумывала, как ей организовать быт семьи в течение предстоящей недели, которую она должна была отсутствовать, ведь муж и дети привыкли во всем полагаться на нее, и поэтому она никогда не уезжала одна дольше, чем на несколько часов, требующихся для поездки к родителям и обратно…

Предчувствия ее не обманули: Артем, вопреки обыкновению, вернувшийся с работы раньше нее, был мрачнее тучи и прямо с порога на Полину обрушился шквал вопросов, включающий, но не исчерпывающийся теми, что беспокоили несколькими часами раньше ее саму. Дети тоже выглядели очень недовольными предстоящей разлукой.
Однако Полине, переговорщице со стажем, все-таки удалось погасить возникшее недовольство домочадцев, пообещав мужу приготовить обед на неделю и оставить подробные инструкции по каждому возможному вопросу, Диме – привезти парфюмерную новинку от Версаче, еще не успевшую появиться в продаже в России, а Владе – зимние полусапожки на шпильке, конечно, тоже от Версаче, практически с подиума. Премия размером в полтора оклада, обещанная шефом "из личного уважения к Артему Владимировичу", решила вопрос окончательно.

Следующий день, благосклонно предоставленный Арсением Петровичем Полине для сборов и необходимых домашних хлопот, пролетел незамеченным в круговороте дел и раздаче наставлений. На заблаговременно спрятанный в изящную сумочку мобильный Артем положил крупную сумму денег, обеспечивающую супруге круглосуточную связь с домом и контрольные созвоны по вечерам, отпросившись на три часа с работы, лично проводил ее до аэропорта, и очнулась она только в кресле бизнес-класса, от вопроса любезной стюардессы, не желает ли синьора чего-нибудь выпить. Синьора желала, и принесенный вслед за бокалом асти обед сделал ее полет особенно приятным, потому что позавтракать в суматохе она не успела.
Встречающая сторона прибыла вовремя, Полину с удобством прокатили до гостиницы, находящейся в двух шагах от Дуомо (шеф и тут не поскупился), и остаток дня она провела в приятном ничегонеделаньи, перемежающимся с просмотром телепередач, от которых уже почти отвыкла дома, и походом по близлежащим магазинчикам.
Нет, конечно, они и раньше бывали в Милане с Артемом и детьми, но тогда она была занята ими и следовала строго намеченному мужем плану, а сейчас, пожалуй, впервые со свадьбы, была полностью предоставлена сама себе.
Точно в оговоренное время зазвенел мобильный, и трубка недовольным голосом Артема поведала "бездельнице", что он спалил две котлеты, перегрел борщ и забыл купить хлеба на завтрак, "поэтому придется завтра есть крекеры вместо бутербродов."
"Могло быть и хуже," - эта мысль слегка приглушила заворчавшее было чувство ответственности Полины, и она построчно проговорила точные инструкции на завтра, включая сроки разогрева обоих блюд.
Утром поданный к дверям отеля автомобиль доставил ее на показ, и увиденная вживую красота заставила забыть о страдающих от ее отсутствия домочадцах. Прогулка по любимому городу, обед в маленьком ресторанчике и полузабытая разговорная практика с местными жителями дополнили впечатление. Которое, однако, было изрядно подпорчено дежурным звонком и новыми проблемами – Дима порвал на физкультуре две недели назад купленные кроссовки (между прочим, недешевые), Влада пришла домой на час позже оговоренного срока, а самому Артему пришлось варить макароны, потому что остаток пюре он сжег, несмотря на четкие указания жены. "А они почему-то слиплись. Представляешь? Мне пришлось есть эту слипшуюся гадость. И вообще, когда ты собираешься домой?"
"Ну, ты же знаешь, Тёма, что я не могу уехать раньше, чем закончится показ, - Полина привычно оправдывалась, - потерпите еще пять дней, я приеду и все наверстаю."
"Ну, ладно, - милостиво согласился супруг, - только по приезду приготовишь мне манты и "Наполеон".
"Конечно, - Полина была готова на все, лишь бы чтение обвинительного приговора поскорее закончилось, - и твои любимые трубочки с заварным кремом тоже приготовлю."

Следующие несколько дней она вряд ли смогла бы восстановить поминутно, настолько яркими и насыщенными они были.
Репортаж о показе был написан, все необходимые фото сделаны специально нанятым фотографом и уже пересланы в Москву, подарки куплены, и даже голос Артема по вечерам звучал уже менее раздраженно.
В последний день перед отлетом домой к Полине подвели высокого стройного брюнета с висками, посеребренными сединой.
"Знакомься, это Анджело, - Беатрис, представительница итальянского отделения их журнала, с которой Полина успела сдружиться за время пребывания в городе, похоже, решила скрасить новой знакомой вечер, - он был знаком с самим Джанни и может рассказать тебе много интересного о закулисье этого модного дома. Думаю, часть информации ты даже сможешь использовать в своей статье." Беатрис многозначительно подмигнула Полине и немедленно удалилась, не дав ей ни малейшего шанса возразить.
Анджело оказался невероятно галантным и, в то же время, абсолютно простым в общении. Через какой-нибудь час Полине уже казалось, что она знает его всю жизнь. За непринужденным разговором в ближайшем кафе последовало приглашение в один из мишленовских ресторанов. Прикинув, что по времени рандеву совпадет с контрольным звонком мужа, Полина хотела было отказаться, но потом решила, что свидание в общественном месте вряд ли может чем-то грозить ее доселе безупречной репутации, и дала свое согласие.

Ресторан превзошел все ее ожидания. Негромкая музыка, изысканная еда, невероятно привлекательный мужчина рядом, не перестающий осыпать ее комплиментами, абсолютно искренними, судя по его сияющим глазам. Полина уже и забыла, когда чувствовала себя настолько комфортно. Медленный танец под чувственный вокал Рамазотти сблизил их окончательно. Возвращаясь к столику, Анджело чуть приобнял Полину за талию, и она даже не стала возражать.
Еще пара бокалов амароне, и вот уже очарованный итальянец держит ее ладони в своих и предлагает прогуляться до его студии, в которой находятся фотографии с модных показов из личной коллекции, "которыми синьора сможет дополнить свою безупречную статью. Только фотографии, ничего больше." Невероятная харизма собеседника ударила в голову Полины похлеще выпитого алкоголя, и она уже была готова согласиться, но в воцарившуюся идиллию ворвалась бесцеремонная трель мобильного. 21.00. Артем, ну, конечно. И как всегда не вовремя.
Полина, извинившись, встала из-за стола и сделала несколько шагов в сторону. На сей раз, эстафету раздражения приняла она: "Ну, что там у вас еще? Опять что-то порвали-сожгли-испортили?"
"Нет, все хорошо, - теперь уже Артем был обескуражен ее напором. – Я звоню сказать, что дети накормлены, посуда вымыта. Влада помогла мне с ужином, а Дима сам сложил свою спортивную форму на завтра. А еще тебя ждет маленький сюрприз."
Он сделал небольшую паузу, столь необходимую Полине для осознания сказанного, а потом добавил уже и вовсе немыслимое:"Не волнуйся за нас и постарайся сегодня отдохнуть от души. Милан этого стоит. Целую."

Самообладания Полины хватило только на то, чтобы произнести ответное "целую". По пути до столика она успела подумать о том, что надо завтра утром заехать в Carrefour по дороге в аэропорт и купить там украшения для безейного торта, который она обязательно испечет по приезду вдобавок к обещанным трубочкам и "Наполеону".


HeBe3yXa
нояб. 24, 2017 19:51
Изменено автором : нояб. 24, 2017 23:46:54
42. Страшное число 13

Что вы думаете о числе 13? Ходят слухи, что оно страшное. Ну, положим, если вам не везет. А, если везет? То, кто вы тогда? Друг дьявола, поборник нечистой силы, везунчик, счастливчик, или просто нормальный человек, лишенный страха и суеверий?
С детства нам внушают – черная кошка, переплюнь, пятница 13-ое - спрячься и нос не высовывай никуда. Однако ж, я продолжал считать их нелепыми суевериями и гордо вышагивал по прямой сразу после черной кошки, а, может, и кота, и приговаривал про себя: «Спасибо, киска, сегодня у меня будет удачный день.» Все вокруг плевались, обегали их большими кругами, а я просто шел, не сворачивая и, даже, радовался. На меня смотрели, как на странного, а мне было все равно. Для меня странными были они – все эти визжащие девочки, чертыхающиеся бабушки, да и все остальные, кто боялся черных котов и числа 13. Я их всех презирал. Правда, в то время, с числом 13 я еще никак не был повязан и не знал, как к нему относиться.
Наступил момент моего поступления в ВУЗ. Я шел на экзамен после долгих дней подготовки и, как и все абитуриенты, был в небольшом, а может и даже в большом, мандраже. Дома я объявил, что, если не сдам устный экзамен, то уже не вернусь, потому что просто брошусь в море от стыда за свое поражение. Да, так и сказал. И не удивляйтесь вы так, а просто проявите снисходительность к присущему юношеству драматизму.
Придя на экзамен в указанные 2 часа дня, я увидел уже много знакомых лиц, с которыми я сдавал свой первый, письменный, экзамен. Мне стало немного легче при виде всей этой молодой массы и от гула ее голосов. Сознание того, что я не один в этом мясорубочном спринте по пути к началу получения высшего образования и, что нам всем одинаково хреново внутри от мысли быть «срезанными» на этом экзамене и окончательно выкинутыми из гонки, помогло значительно. Я оглянулся. Многие пришли с родителями. Я же был сам по себе. Родителям, вернее, маме, я сразу сказал, чтобы и не думала идти со мной на экзамен. Отца же в городе не было. Он уехал в другой город по своим делам. Я поел, нарочито холодно попрощался с бабушкой и мамой, и ушел. Бабушка была с мамой для поддержания ее духа, полагаю. Я тоже сильно нервничал, но не подавал вида. Но, если вы хоть чуточку знали меня, то сразу бы вычислили мое состояние по необычно неподвижному и непроницаемому выражению лица. Я всегда становился таким в моменты наивысшего напряжения, помогая, таким образом, себе не терять самообладания и выглядеть презентабельным молодым мужчиной.
Экзамен. Нас завели в большое старинное каменное здание и распределили по комнатам, по 25-30 человек в каждой. Я сел на заднюю парту, правомерно считая, что оттуда удобно наблюдать за всем происходящим впереди. Возможно, подсознательно, я еще и пытался отдалить этот момент. Рядом со мной сидела девочка с блестящими от сумасшедшего возбуждения, вызванного повышенным в крови адреналином, глазами, по имени Марина. У нее были крупные короткие кудри и румяные щеки. Казалось, что она получает страшное удовольствие от самого процесса. Она напоминала мне восторженных юных гимназисток. Я вспомнил, как во время первого экзамена, когда мы с ней оказались соседями по парте, она у меня неожиданно спросила, что я читаю в настоящее время и, не дождавшись ответа, выпалила:
- А правда, Фейхтвангер, классный? Он такой, он такой душечка, - она закатила театрально глаза и улетела куда-то мысленно.
- Душечка? - я не знал, что сказать. Этого слова у меня в словарном запасе не водилось. Я хмыкнул и кивнул. Уж очень не хотелось расстраивать это утонченное и воздушное создание, которое явно изменило бы обо мне мнение, если б я не сумел оценить по достоинству ее восторга по поводу Лиона. Правда, Фейхтвангер мне и самому нравился.
- А что ты читал Фейхтвангера? - с нетерпением ожидая моего ответа, спросила Марина.
- Гойю, - ответил я ровным голосом, пытаясь наладить энергетический баланс между нами своей незаинтересованностью в этом разговоре.
Марина осталась довольной моим ответом, повернулась к другим и стала дальше знакомиться с окружающими ее новыми лицами. Благо, огромная аудитория была полна абитуриентов. Я обрадовался тому, что она оставила меня в покое и постарался сосредоточиться с мыслями перед предстоящей ответственной задачей.
Так уж случилось, что мы с ней опять оказались в одной группе теперь уже на втором, устном, экзамене, и она сразу же приземлилась рядом со мной на моей «камчатке».
- Привет! Не возражаешь? – улыбнулась она мне, как старому знакомому.
- Да нет, садись, рад тебя видеть. Готова к труду и обороне? - неуклюже пытался я разрядить свою замаскированную нервозность.
- Ага! - сверкнула своими глазами Марина. Она была в своей стихии и впитывала в себя всю окружающую нас энергию и моментально заряжалась ею. Я молча позавидовал ей, но быстро переключился с этих мыслей на реальность и стал прислушиваться к тому, что нам начали объяснять находившиеся в комнате экзаменаторы, уже разложившие свои бумаги на столе и готовые к принятию экзамена.
Их было двое, двое мужчин. "Серьезные какие", - уныло отметил я про себя. Экзамен начался. Сев в центре перед доской, они, четкими голосами, вызывали по одному или два человека, просили их вытянуть билет, записывали номера и просили сесть в другое место для подготовки. Мы все смотрели на этот процесс как на болезненную операцию, которую и нам предстояло пройти в скором будущем, бесконтрольно пытаясь понять чувства оперируемых. Сердце екало и угрюмо бухалось в пятки при каждом вызове следующего экзаменуемого, и, облегченно расплющившись, быстро собиралось в целое и отскакивало вверх, как мяч, когда это оказывался не ты.
Прошло уже 5 часов. Мы с Мариной сидели и все еще живо и с неугасаемым интересом наблюдали за процессом. Некоторых "срезали" сразу же, кто-то уходил сам, бросив билет на стол, молча признаваясь в своей неподготовленности. Кто-то пытался спорить, не соглашаясь с вердиктом о своей неготовности к дальнейшему образованию, но все равно проигрывал и его просили выйти. Экзаменаторы серьезно подходили к своим обязанностям и, решительно, со знанием дела, слушали и оценивали ответы. Было немало и тех, кто прошел экзамен, не провалив его. Я совсем отчаялся. Дело в том, что там были ньюансы, которые могли бы стать проблемой и для меня, так как, экзаменаторы по-своему интерпретировали некоторые условия в брошюре по подготовке к данному экзамену, и им было безразличен факт того, что мы, молодые абитуриенты, прочли и поняли все иначе. А мы точно прочли это иначе, включая и меня. Правда была на нашей стороне, но переубедить их было невозможно и отступать было тоже поздно. Оставалось надеяться на простое чудо и на свои знания. А надо сказать, что готовился я основательно и добросовестно.
В комнате оставалось всего 5-6 человек. Вот-вот, и нас с Мариной должны были вызвать. От нарастающего внутреннего напряжения звенело в ушах. И, вдруг, мне захотелось в туалет. Я встал и попросил разрешения выйти. Марина посмотрела на меня, как на сумасшедшего. Ее глаза вопрошающе провожали меня, и я спиной ловил ее вопрос о том, как я мог думать о таких земных делах в такой знаменательный момент. Она была, как я понял, гиперответственным человеком и ей были абсолютно чужды мои человеческие нужды. Явная разочарованность легко прочитывалась в ее глазах, замутив собой их, казалось бы, константную восторженность. Но мне было не до этого. Природа звала нещадно, и я, следуя ее дикому зову, вылетел из класса. Здание было уже почти пустым и слегка зловещим. Вокруг были огромные потолки, широкие коридоры и я, идущий в неведомо куда в поисках туалета. Все это, вместе взятое, сумрачно вещало плохой конец. Наконец, я у цели. Выйдя оттуда, я почувствовал большое облегчение. Нервозность куда-то пропала, вылившись из меня теплой струйкой в холодные молчаливые трубы, и растворилась в темной вечности. Я шел бодрой и быстрой походкой обратно, стараясь найти свою комнату в уже темнеющих коридорах. Зайдя в комнату, я сразу понял, что в мое отсутствие что-то произошло. Что-то изменилось. Взгляды двух преподавателей, оставшихся малочисленных абитуриентов и Марины одновременно вонзились в меня, как маленькие шпажки. Я замедлил шаг и напряженно думал. И тут я понял: меня вызывали. Неужели теперь меня не допустят? Неужели меня сочли ушедшим и отметили, как отсутствующего? Что за злосчастное стечение обстоятельств и жуткое невезение? В эту же секунду один из экзаменаторов спросил мою фамилию. Я подтвердил. Пронесло. Он попросил меня жестом подойти к столу и взять билет. Новый холодок нервной струйкой противно растекся по всему телу. Я сжался внутри в комок отрицательной энергии и, медленно, вытянул листок бумаги. «Номер?» - спросил педагог. «Билет номер 13», тихо прошептал я...
Тут-то я и вспомнил все проклятья, связанные с этим числом, и мне сильно поплохело. Наступил час расплаты за свое высокомерие по отношению к ним. Я пошел и сел за парту, стоящую недалеко и перпендикулярно экзаменационному столу, издалека смотря на Марину. Ракурс комнаты изменился и, ввиду этого, изменилась энергетика и пространство вокруг меня. В этот самый момент и вызвали Марину. Она встала, быстро взяла билет и вновь оказалась рядом со мной. Мы сидели на соседних партах, уткнувшись в свои билеты. Быстро переглянувшись, мы быстро оценили серьезность момента и начали сосредоточенно писать свои ответы. Мой билет, состоявший из трех вопросов, содержал в себе именно тот спорный момент, из-за которого вылетели многие несогласные и неподготовленные к такому повороту событий абитуриенты. Я задумался и вспомнил все, что знал о данном вопросе, но на плоскости, к чему я был подготовлен, но быстро переориентировал все на пространство, как того требовало задание, и написал доказательство теоремы, которого я совсем не знал, поскольку его не было в списке требований для абитуриентов. Второй вопрос оказался для меня легким. Третьей была текстовая задача. Я их ненавидел, особенно те, которые были с лодкой, плывущей по течению реки и против. Да, вы не ошиблись: мне попалась именно такая. Я шепотом пожаловался Марине, но она радостно воскликнула, что она их обожает и раззадорила и разозлила меня еще пуще. Я, ожесточенно думая, решил задачу, все это время чертыхаясь и проклиная в сердцах зловещее число 13, сыгравшее со мной такую шутку.
Вдруг в комнате появился еще один мужчина. Он подошел к нашим экзаменаторам и спросил, нужна ли им помощь. Те кивнули. Затем, он сел за одну из парт и, естественно, позвал к себе именно меня. Тут у меня началась паника. Не хватало мне еще какого-то новичка. Уже привыкнув к своим двум экзаменаторам и даже успев сродниться с их голосами и манерами за эти почти 6 долгих часов, я трясся от страха перед неизвестностью, веящей от этого нового «мыслителя». Кто он? Для чего сюда приперся? Но, делать было нечего, дело было вечером. (ц) Ватные ноги поплели мое немеющее тело к незнакомцу, и я, нехотя, приземлился рядом с ним.
Не буду вас истязать долгими описаниями. «Процесс пошел».(ц) Закончив отвечать не только на свой билет, но и на все его вопросы, я стал свидетелем чего-то очень занимательного. Незнакомец взял все мои листы, собрал их вместе, выровнял и, согнув левый верхний угол на себя, что-то там написал. В конце своего таинственного действа, он повернулся ко мне, улыбнулся, пожал мне руку и сказал: «Добро пожаловать в наш институт, сынок! Нам нужны такие, как ты». И тут я увидел, что он написал цифру 5 в углу и расписался. Я растерялся. Ведь это имел право делать только председатель экзаменационной комиссии и, если абитурент шел на пятерку, то экзаменаторы обязаны были вызвать его и, только после его проверки и согласия, могли выставить отметку «отлично» за ответ на вступительном экзамене. Происшедшее медленно начинало просачиваться в мое, затуманенное стрессом и настроем на плохое, сознание. Так он и есть Председатель Экзаменационной Комиссии, осенило меня. Вот я тупой, но какой же везучий. И даже число 13 не смогло изменить ход событий, так неожиданно повернувшихся в мою пользу. А, может, оно и повлияло на такой поворот судьбы и обстоятельства? Неважно. Но с тех пор число 13 мое самое любимое и уважаемое число. А еще вот, что я вам скажу. На первом курсе, на первой же сессии, я вновь вытянул 13-ый билет, и вновь получил пятерку. Вот и верь людям и их дурацким суевериям после этого. Дважды случайных совпадений не бывает. А значит, удача на 13 - это закономерность, и никто меня в этом не разубедит, даже, если скажет, что в моих удачах есть и доля моей вины, и я их полностью заслужил.

Melancholy
нояб. 24, 2017 14:55
Изменено автором : нояб. 25, 2017 00:01:11
41.

Вчера, когда она была молодой, она торопила дни. Ей так хотелось в завтра, а ещё лучше - в послезавтра. Минуты, тягучие как карамель, прилипали к стрелкам часов и мешали движению времени. Время замедлялось и становилось сонным и размеренным. Она думала тогда :"Какая длинная жизнь! Как долго тянется!" И вдруг она повзрослела и время ускорилось. Дни пролетали теперь со скоростью, ею так и не установленной. Она пыталась тормозить, упираясь и останавливаясь, но вместо замедления бега стрелок, у неё получалась потеря времени. Она даже пыталась из совы превратиться в жаворонка - вставала до восхода солнца. Но время задержать не удавалось. И тогда она обиделась и решила, что она не станет больше удерживать время. И как только она прекратила бессмысленную погоню и перестала переживать за упущенное, она начала жить. Жизнь перестала мелькать за окном и у дней появились запахи, цвета, текстура. И только уход друзей и близких напоминал о том, что время всё также бежит где-то впереди.

Eighties
нояб. 24, 2017 14:53
Изменено автором : нояб. 25, 2017 03:44:57
40. До свиданья, мой ласковый мишка…

В мозг моего мужа встроен современный и точнейший GPS-навигатор, позволяющий безошибочно проложить самый короткий и удобный маршрут от точки А до точки B. Этот навигатор периодически обновляется до последней версии и никогда не дает сбоев. Точнее, не давал до тех пор, как…

«Милый, ты уверен, что мы идем в правильном направлении?» – после двухчасовой прогулки по средневековому красавцу-Таллинну сдались даже мои суперудобные коралловые лабутены, приобретенные в комплекте с вечерним платьем из струящегося шелка цвета индиго специально для празднования фарфоровой свадьбы и успешно выгулянные накануне в одном из лучших ресторанов города. Вдохновленная вчерашним отжигом на двенадцатисантиметровых шпильках под ностальгическое «Распутин», обошедшимся без негативных последствий для изнеженных ступней, я решила повторить этот подвиг ради эффектных фотопортретов на фоне городских красот, тем более, что далеко от гостиницы мы отходить не планировали.
«Ну, конечно, любимая, - в голосе мужа, однако, уже не было прежней уверенности, - сейчас еще пара поворотов, и мы обязательно выйдем к той самой улочке, которую я обещал тебе показать.»
Высказать напрямую, что я думаю об этой улочке вкупе с тем, кто придумал так глубоко запрятать ее в недра эстонской столицы, мне не позволила природная деликатность, поэтому я начала лихорадочно перебирать в голове все более или менее приличные и правдоподобные причины для немедленного возвращения в отель, как вдруг муж остановился как вкопанный и воскликнул: «Смотри-ка!»
«Неужели это наконец-то она?», - я завертела головой, пытаясь обнаружить предмет восторга супруга, но не успевшая разгореться радость была тут же потушена его нетерпеливым: «Да нет же, давай скорее зайдем, сама увидишь».
Даже не пытаясь скрыть овладевшее мною недоумение, я вошла вслед за мужем в небольшое здание, напоминавшее гараж, и какое-то время привыкала к его неяркому – после солнечного дня – внутреннему освещению. Внутри оказалось нечто вроде рынка местного значения: немногочисленные продавцы стояли за деревянными столами с наваленным на них… сначала мне показалось, что это было обычное барахло, потом взгляд начал выхватывать из этой кучи малы знакомые предметы: оливковый дисковый телефон – импортный, у нас был когда-то именно такой, потом другой телефон – уже посовременнее, красный кнопочный – тот, что сменил своего собрата много лет назад. Проигрыватель «Электроника» с кучей пластинок. Кассетный магнитофон «Весна». Чугунные сковородки, утюги, чайники со свистком, алюминиевые кастрюли, доски для стирки белья…
Потом пошли предметы не столь внушительные – книги, открытки, календари, альбомы с марками… Муж остановился перед столом с множеством значков, приколотых к бархатным подушечкам почти в тон моим лабутенам, о которых, благодаря нахлынувшим эмоциям, я уже успела забыть, и начал с упоением показывать мне раритеты, в точности повторявшие экспонаты его прежней коллекции – разномастные машинки, самолетики, кораблики, фигурки различных животных, сказочных персонажей: крокодил Гена, Чебурашка, олимпийский мишка с пятью скрещенными кольцами на пузике… Олимпийский… Ну, конечно, Олимпиада, 1980-й, а я все никак не могла вспомнить, какой именно это был год. Почему-то не увязывалось одно с другим, а вот сейчас вдруг сложилось в единый красочный паззл. Муж заметил мой напряженный взгляд и задал ожидаемый вопрос: «Тебе нравится что-то конкретное? Только скажи, и…»
Окончания фразы я уже не услышала. И многочисленных значков, украшающих алый бархат, я тоже уже не видела. Перед взором моим предстала совсем другая картина – из далекого прошлого…

Классная комната, которую до сих пор я могу описать вплоть до мелочей.
Парты из светлого дерева, покрытые слоем лака, стулья им в тон с железными ножками, так и норовящими оставить себе на память пару-тройку волокон из белоснежных девчачьих гольфов, темно-зеленая доска, протертая до блеска вчерашними дежурными, справа от нее – стол моей первой учительницы, самой родной и любимой. А около стола стою я, в наглаженном белом фартуке, с пышными бантами, венчающими длинные хвостики, по торжественному случаю накрученные на крупные бигуди.
Нет, сегодня не Первое сентября и даже не День Учителя. И вызвали меня к доске отнюдь не для того, чтобы послушать выученный накануне стишок про доброго дедушку Ленина или партию, которая наш рулевой.
Сегодня мой личный праздник, день моего рождения, и, по доброй школьной традиции, мы отмечаем его всем классом. Официальный подарок уже вручен – разумеется, одним из моих тайных поклонников, наша вторая мама была очень внимательна к проявлениям детской симпатии – и тут же стерт из памяти, пришло время получать презенты личные и потому гораздо более интересные.
Я обвожу взглядом класс, над которым возвышается куда большее количество рук, чем если бы они сигнализировали о желании рассказать тот самый стишок, и останавливаю его на третьей парте в правом ряду. Место у окна. Твое место.
Ты поднял руку одним из первых, словно боялся опоздать, и от нетерпения даже подпрыгиваешь. Но учительница, как назло, вызывает к доске одну за другой моих подружек. Выход - поздравление - поцелуй в щеку - вручение подарка – проход на свое место. Горка презентов на столе у нее медленно, но верно растет.
Наконец доходит очередь и до тебя. Ты срываешься с места и вихрем долетаешь до меня, чуть не сбив с ног и успев затормозить буквально в самый последний момент. Дальше… наверное, дальше был тот самый поцелуй. Наш первый с тобой поцелуй. Как ни странно, почему-то именно этот момент выветрился у меня из памяти. А, может быть, наоборот, совсем не странно. Просто обуревавшие меня чувства были настолько сильны, что сгорели дотла, еще не успев толком сформироваться. Затем ты протягиваешь мне подарок. Открытка, с розовыми розами на лазурном фоне и приколотым в уголке маленьким значком – олимпийским медвежонком.
Я переворачиваю открытку, читаю стандартные строки: поздравляю, желаю… Почерк почему-то не твой, уже позже я узнаю, что, стесняясь его несовершенства, ты попросил подписать открытку соседку по парте – мою ближайшую подружку, обладательницу самого красивого почерка в классе. Глупый… Мне несравнимо дороже было бы послание, написанное твоей рукой, а не надиктованное ей.
Исполнив задуманное, ты садишься за свою парту, и мы обмениваемся улыбками – твоя застенчивая в ответ на благодарную мою.

Ручеек поздравлений продолжает свое неспешное движение, постепенно иссякая, затем мы плавно переходим к поеданию мини-пирожных, купленных прямиком с хлебозавода по тапшу моей заботливой мамой, звенит звонок, и следующие уроки уже идут своей будничной чередой.
После занятий я собираю полученные подарки в ранец, твою открытку, конечно, кладу в отдельный кармашек – чтобы не помялась. А придя домой, прячу в верхний ящик румынской стенки, под стопку подобных поздравительных, полученных в предыдущие годы от родственников и друзей. Значок в виде медвежонка остается на ней – чтобы не потерялся.

Тайник оправдывает себя в полной мере, обеспечивая мишку надежной и теплой берлогой. Подарок, вынимаемый из ящика только в особых случаях, лежит там все последующие несколько лет – пока мы с тобой идем навстречу друг другу, руководствуясь знаменитым принципом вождя – шаг вперед, два шага назад.
Пока мы сбегаем общей компанией с уроков и катаемся на похожих на клетки аттракционах в парке, которые надо было раскачать приседаниями до тех пор, пока они не обернутся вокруг своей оси.
Пока ты приглашаешь меня на танцы на вечеринках и все никак не осмелишься проводить до дома.
Пока ты оказываешься у меня дома сам – на очередном дне рождения, в седьмом классе – и приносишь с собой роскошный букет тюльпанов, который до сих пор помнит моя мама, и книжку, подписанную, на сей раз, собственноручно.
Пока мы болтаем и смеемся, отвечаем у доски и бегаем стометровки, ездим на экскурсии и сдаем экзамены.
Она продолжает лежать в ящике во время моей первой обиды на тебя, сведенной на нет твоим скорым извинением.
Она лежит там даже тогда, когда мы ссоримся окончательно. Ладно, не мы. Это опять я ссорюсь с тобой. Даже не ссорюсь – просто, поверив сплетне, я перестаю с тобой разговаривать. Резко, без объяснений. Ты ничего не можешь понять, еще пару месяцев с перерывом на летние каникулы ты пытаешься все наладить, вовлечь меня в разговор, выяснить, что же произошло. Я молчу как партизанка, полностью уверенная, что это всего лишь игра, и ты все прекрасно понял, просто делаешь вид. Тогда уверенная. Только став взрослой, я впервые задумываюсь – а было ли на самом деле то, что мне рассказали. Но тогда, в юности, я поверила сходу, ведь та, которая поделилась со мной «тайной», была моей ближайшей подругой. Той самой, которая когда-то подписала по твоей просьбе открытку. Той, которая сама была влюблена в тебя с первого класса и даже не скрывала от меня этого факта. Почему-то только гораздо позже мне пришло в голову связать воедино два этих обстоятельства. Кстати, ты, наверное, удивишься, но мы дружим до сих пор, и я ни разу не спросила ее, правду ли она сказала мне тогда.
Твои попытки примириться в оставшиеся до конца школы два года оказались абсолютно безуспешными.
Я уничтожила все записи, сделанные тобой в моих анкетах, песенниках и тетрадях, все бережно хранимые мелочи, которые ты мне дарил все эти годы. Не поднялась рука только на титульный лист книги. И на ту самую открытку с приколотым к ней медвежонком.

Прошло еще несколько лет. Я уехала из Баку раньше, и контейнер родители отправляли уже без меня. Не знаю точно, в какой момент пропала открытка, но, раскладывая вещи по ящикам стенки после переезда, я ее уже не нашла.
И вот сейчас, спустя десятилетия… Точно такой же.

«Это он тебе понравился?»– муж все-таки вычислил направление моего взгляда и протянул мне медвежонка.
Я осторожно взяла его в руки. Да, такой же. Но не мой. Мой остался в прошлом, так же, как и первая любовь – пусть они там и остаются.
«Нет, я просто посмотреть, - я вернула значок мужу без малейшего сожаления. - Может быть, тебя что-то заинтересовало?»
«Да нет, я тоже просто вспомнил детство, - улыбнулся он мне. – Ну, что, пойдем?»
Мы вышли, еще под впечатлением от внепланового путешествия в прошлое, муж что-то говорил, я почти не слушала, пытаясь отключить тумблер окончательно. Мы прошли пару перекрестков, не обращая внимания на надписи, и муж радостно воскликнул: «Так вот же она!». Улочка действительно оказалась прелестной, да и ноги у меня были словно исцелены неожиданной встречей, поэтому обратная дорога показалась совсем короткой, и по пути муж все удивлялся, как же он мог заблудиться.

А олимпийского мишку я все-таки купила позже. Только не значок, а чуть побольше, плюшевого. И поселила его около монитора, в память о школьных годах, которые считаю одним из самых счастливых периодов своей жизни. Несмотря ни на что.


o lubvi
нояб. 24, 2017 14:52
Изменено автором : нояб. 25, 2017 02:55:28
39.

У них Любовь, взаимная. Он ранняя пташка и потому она очень чутко спит. 5-15, он просыпается, слышны его тихие шаги, замирающие на пороге ее комнаты. Она смотрит в сторону двери и видит его в дверном проеме. Улыбается и это для него, как приглашение войти. Он улыбается в ответ, вспыхивают радостным блеском глаза, идет к ней. Они сидят на ее постели обнявшись и затаив дыхание. "Я люблю тебя,- шепчет она ему слова признания. Он заглядывает ей в глаза и эхом звучит:" Я люблю тебя..." Он "вещь в себе" и потому ей особенно дороги эти утренние часы, когда он максимально открыт и откровенен. Эти утренние часы их тайна и заговор. В эти утренние часы, пока все спят, Любовь, разбуженная признанием трехлетнего малыша, тончайшим покрывалом накрывает комнату, где сидят обнявшись двое, распространяется на весь дом, улицу, город и растет, разрастается....Широко раскинув крылья, Любовь охватывает всю планету и всех спящих и бодрствующих, уходя в Космос и Бесконечность...
У них взаимная Любовь, они Космос и Бесконечнось...

5 minyt
нояб. 23, 2017 02:06
Изменено автором : нояб. 25, 2017 00:06:02
38.

От двери донеслись какие- то звуки, как будто кто- то пытается её вскрыть. Я притих, посмотрел на часы- 00-00,- задумался. Вроде никого не жду, вроде никому ничего не должен, вроде и мне никто ничего не должен, вроде, если задуматься, те, кто возится с замком в двери, должны знать, что я дома. Да и красть у меня нечего. Месяц назад, уходя на работу закрывал дверь, ключ застрял и я плюнул и, оставив ключ в замке, ушел. Никто не соблазнился, ни соседи, ни воры, ни молодняк, который готов урвать все, что можно и нельзя где можно и нельзя.
Мой анализ происходящего ни к чему не привел, иду к двери и чувствую, как легкий холодок страха мазнул по сердцу и расстаял. Снова здорово! Не должно быть страха. Я был уверен, что избавился от него навсегда. Хитрая бестия, все пытается вернуть свои позиции.
Еще в коридоре слышу какое-то бормотание. Думаю, надо поглядеть в глазок, кто за дверью. Смотрю...Там два молодых человека. Мне не хочется их впускать, но я понимаю, что замок уже открыт и если снова не защелкнуть, они сейчас войдут. Наваливаюсь на дверь, но попытка моя не удается, она приоткрывается и на пороге парень, второй за его спиной. Лица без мысли и выражения. "Нас послала к тебе Ольга,- бесцветным голосом говорит один. Мы стоим друг перед другом - они не делают попыток пройти дальше, я не делаю попыток прогнать, пытаюсь осознать слова о том, Кто их послал. Внезапно понимаю, что это сон. Стараюсь вспомнить, что делал и о чем думал перед сном...И вспомнил!- мысленно разговаривал с Ольгой, говорил, что не могу смириться, что, если бы прокрутить время вспять...Здесь мне не понятна эта боль, не понятен смысл слова "утрата". Смотрю на молодых людей на пороге и решаю:" Впустить или нет?" Я для них уже открытая дверь, мой секундный страх поспособствовал этому, но они готовы уйти, если пожелаю- таковы правила этой реальности. Так мы и стоим друг против друга, я медлю, они ждут.
Сон не может длиться вечно, я просыпаюсь, но все еще решаю как поступить. "Посланцы Ольги не могут быть злом, это ее помощь мне",- решаю я и громко говорю,- "ВХОДИТЕ!" и впускаю помощь в свою жизнь.
От двери послышался щелчок, будто кто- то ее захлопнул и легкое дуновение коснулось моего лица. "Спасибо, Ольга!"- прошептал я и.... проснулся. На часах 00-05.




Dnevnik Nevidimki
нояб. 21, 2017 08:33
Изменено автором : нояб. 22, 2017 04:11:24
37. Дневник Невидимки.

18.00. Пришел с работы, дома шаром покати. Жена опять торчала на БП вчера и ничего не приготовила. Не знаю, что она там часами делает. Читает что-то. Хм! Вижу, иногда улыбается, иногда хмурится, а порой смеется. И толком-то не пишет. Откуда знаю? Так и я там, а то? Втихаря, конечно. Зачем? А чтобы следить за ней – что пишет, что рассказывает, кому мигает. А, вообще, какого она там потеряла? А скажешь слово, так сразу в крик – Ты мне не доверяешь. Ты меня контролируешь, а мы в свободной стране живем. Мотал я эту свободную страну. По уши в долгах, за дом плати, за машину плати, на жену руку не подними, на детей не кричи. И это свобода?

18.15. Жены нет, дети сидят по своим спальням. Буду ее тупо ждать. Пойду-ка на БП загляну, что у них там нового? Так-с...Вай! Что? Натдейв уходит? Допекли, видать. А она ж такая сильная духом. Счааас почитаем. А-а-аа... пишет вот тут, что шутка. Уффф! Отпустило. Она ведь, как столп этого сайта, давноо сидит, а главное на провокации не поддается. Молодец, дама, старой закалки, коммунистка. Поехали дальше. Полторы банки сгущенки и чипсы? Эх, Нора, Нора. Сурки на тебя нет. Что? Сурка одобряет? Нет, это конец мира, БП с ума сошел, явно. То ли магнитные бури, то ли конец года. Пойду посмотрю, что есть в холодильнике.

18.30. В холодильнике пусто. Жены нет, опять овертайм работает или по моллам мотается. Не сдамся, буду дальше тупо ждать. А на БП еще есть клуб такой, Стильный Вещь продаю...ну, это я так называю. На самом деле, Стильная Штучка называется. А жена, как насмотрится этих форумов там, так сразу бегом по магазинам. Плакали мои Багамы на День Благодарения. А летом эта Сурка, ну, да, управдом этого клуба, еще конкурс шмотья женского устроила. И все лето мы дома только и слышали: «А как вы думаете, эта сумка выиграет, а эти босоножки? А что лучше выставить – жемчуг или бирюзу?» Ведет себя как девчонка, несерьезно. Но я ее с серьезным видом поддерживаю. А как же, я же теперь не кавказский мужчина, а американский. И надо свою жену поддерживать, а не гнобить...эххх...где былые времена? Как хочется обратно, такая ностальгия.

18.45. Ностальгия... счас что-нибудь найдем... ой, а кто тут запостил видео про Баку? Вааййй... какая красота...ала-ала-ала....ты на это все посмотри...джан Баку! Какой-то неизвестный юзер. Сабина...хм, еще одна Сабина. Мало одной было. Как бы и эта не активизировалась бы, как другая. Жена, как прилепится к экрану, так и читает и читает. Говорит, какие-то конкурсы в писальном клубе читает. Зашел, нашел. «Проба Пера» называется. Почитал. Ну, так себе писаки, третий сорт не брак. Как ночное чтиво сойдет. А ведущая - Сабина, к ней еще Литавра с Люсиль присоединились. Великолепная тройка! Зла не хватает, отнимают жену у меня. И вообще, жду не дождусь, когда сайт закроется наконец. Этот Вадим, хозяин сайта, все обещает и обещает, и никак не решится. А каждый день ведь плачется, денег у них, видите ли, нету. Ну, и хорошо! Ну, и ладно!! Ну, и закрывайтесь! Это вам расплата за мою жену и пустой желудок. Бедный мой желудок, урчит так жалобно. Может, пойти что-нибудь закинуть туда.

19.00 Открыл холодильник, закрыл. Даже колбасы нет, что за жизнь? Жена как стала модой увлекаться, так сразу решила вес сбавить. Теперь у нее новый бзик – фитнес, здоровый образ жизни. Ну, просто, класс. Кавказская женщина и фитнес – это ли не нонсенс! Говорит, хочет Инстаграмм открыть, но сперва хочет постройнеть, а потом уже фоткаться. Только этого мне не хватало на мою полуседую голову. Я ей говорю: Аха! Ты еще иди губы накачай себе. Она – не будь идиотом, и вообще, захочу и накачаю, имею право, мы в свободной стране. Мотал я эту свободную страну, в которой все имеют голос, кроме кавказских мужей. Моя собака, и то, имеет голос и питается лучше меня. Пойду переоденусь. Время скоротаю быстрее. Желудок звереет на глазах.

19.15. Моя позвонила, сказала, что будет в 20.00. Буду ждать, на диване. А что делать? Я ж кавказский, я буду принцип держать. С Кубинки я. Вы про Тельмана слышали? Нет? Ну, вы отстаете! Зайдите на БП и почитайте. Мой кореш был в школе и сосед. Хороший парниша. Жаль, угробила его доброта. А ведь останься я в Москве, я бы тоже с ним бы работал. Кто знает, какая у меня судьба была бы сейчас. Эххх, что жизнь с нами делает? Вот читаю БП опять...и вправду, согласен я - Life is a fraud…Аааа, оооо, уууу, ну нет, сил моих уже нет! Какая-такая пахлава? Кто посмел? Костя? Этот Костя такой дразнила, гад, ей-богу, вечно постит вкусные вещи, когда я голодный. Мотал я эту разницу во времени. Вот болел Костя, было тихо, выздоровел, сразу началось. А жена мне его постоянно еще в пример ставит. Один урон от этих бп-шников. Не верите? Просто сайт, говорите? Как бы не так! Тут как? Всеееее, как в жизни. Каждый сидит у себя в квартирке, прикрывается аватарками, пописывает в своих журналиках; все невинно, да? Но, тем не менее - все роли распределены заранее, сайт переделен, и у каждой группировки своя территория контроля. Turf называется. А, если кто чужой забрел не к тем, так его сразу тапками, крича «Ату-Ату», закидывают. Или вон, глянь, проводы нормальным людям устраивают. А что делят-то? Воздух, пространство. Странно мне это все, странно. А эту козуностру, Сурку, вообще вынудили свои собственные поминки провести. Это нормально, по-вашему? Нет, дошли они до ручки, дошли... Хоть я и нолик для них, и в их уравнениях не участвую, да, это новый конкурс у них, но и меня они задели, представляете? Как? А вот тут одна Карамбола такая, открыла тему про невидимок. Не угодили мы ей, видите ли, боится она нас, видите ли. А что нас боятся-то? Сидим себе тихо, читаем и молчим. А еще и терпим. Думаете, это легко?? Ну, ничегооо, мало осталось...скоро этот сайт закроется и на моей улице будет праздник – с пахлавой, с довгой, с ашем и бозбашем. Гузу кесерям о гюня мян! Оппааа... жена пришла, пойду я... а то поймает с поличным, а мне светиться никак нельзя. Хорошо, что хоть телефонную версию придумали. Так удобно. Молодец, Вадим. Так и хочется ему доставку послать.

19.30. Да, хани, я тут, лежу и тебя жду. How was your day, moya guzushka?


garmonija
нояб. 18, 2017 21:43
Изменено автором : нояб. 19, 2017 05:17:01
36.

- Все всё слышали?- спросил В.
- Цифры в своём репертуаре, если ты об их вчерашнем междусобойчике,- вяло ответила Ц.
- Дутое самомнение братьев наших меньших для нас не диковинка,- вздохнул Д.
- Было бы чего слушать!- поддержал соседа Б.
- А я бы вообще запретила им разговаривать,- фыркнула А,- раз уж они такие исключительные, пусть попробуют без нас обойтись.
- Я не ослышалась? Ты опять встала впереди меня?,- возмутилась Я и запустила в А ластиком.
- А я, между прочим, по статусу впереди тебя стою,- выкрикнула А через головы собратьев, уворачиваясь от ластика.
- Я валяюсь!- закатила глаза Я,- явно кто- то чего- то не понимает. Я результат эволюции, я не в конце, а на самом верху. Я- венец!!!
- Началоось..,- протянул Н.
- Ясно же, что А дитя дикарей. Продукт скудости ума и речевого аппарата на заре цивилизации. Они так и общались друг с другом:"А?" "А!" "Аааа.."- воскликнула Я с вызовом.
- Ты базу под свой эгоцентризм не подгоняй,- усмехнулся Т.
- Я, знаете ли, и не нуждаюсь в базе. Вот все вы тут только буквы и всё, я же еще и отдельное слово,- сказала Я и высокомерно оглядела все семейство.
- Отстань уже со своей исключительностью!- вспылил О.
- Я, братец О, на твоем месте молчала бы. Ты как та обезьяна в анекдоте, которая разрывается между умными и красивыми,- съязвила Я.
- А и правда, брат, ты уже определяйся с кем ты, а то и нашим и вашим,- мягко попеняла А.
- Шастаешь туда- сюда, не надоело?- проворчал Ш.
- Ренегат! - Р демонстративно отвернулся от О.
- Отстаньте, говорю!- обиделся О,- Осенью З к тройке подкатывал, все молчали, Ч к четверке бегал, никто не возражал. Я виноват, что таким родился?
- Это что- то новенькое! Впервые слышу, что трансвеститами рождаются!- заржал Э.
- Что за инсинуации? Когда я бегал? У меня были чисто деловые, рабочие отношения!- возмутился Ч.
- Злостный оговор, тройка сама за мной бегала, говорила, что мы родственные души и все такое,- стал оправдываться З,- у меня вон с Л любовь.
- Ха-ха три раза,- громко отреагировала Х.
- Прекратите,- устало сказал П,- попытайтесь понять почему к цифрам такое отношение.
- И из-за чего же?- поинтересовалась И.
- Может оттого, что мало их?- высказал свое предположение М.
- И?- не уловила смысл И.
- Если, в порядке бреда, представить, что все они вымрут, как вид, то кранты математике и иже с ней,- пояснил Е.
- Железная логика!- сарказм Ж зашкаливал.- По твоему, если они вымрут, то это "опа" со мной в начале слова, а мы вымрем, то это счастье в особо крупных размерах?
- Соблюдайте корректность,- поморщился С.
- Главное! Вы не заметили главного,- подал голос Г.- Кто- нибудь знает лысого дядьку, который их строит время от времени?
- Какая разница - лысый, кучерявый?! Нас что ли мало строят?- огорченно сказала К.- Те же математики при составлении задач.
- Что, опять будете революцию предлагать, там, кандалы, ярмо сбрасывать..?- зевнул Ч.
- Дружить предлагаю,- ответил Д,- делить нам нечего, почему бы не дружить семьями? Мы красивые, они- умные, а вместе мы - Гармония.

Буквы одобрительно загалдели и шумной толпой отправились соблазнять красотой ум.


matematikk
нояб. 18, 2017 04:50
Изменено автором : нояб. 19, 2017 05:15:11
35. Междусобойчик.

- Я первая цифра, а значит я главная, - сказала единица и задрала и без того длинный нос.

- Ты самая худая и длинная, вот тебя и поставили первой, - недовольно пробубнила пятерка и погладила себя по животу. - Я самый солидный и поэтому мною награждают способных.

Тройка зарыдала. Все обернулись к ней.

- А я самая несчастная. "Троечник" - вот моя карма.

- Ой, да подумаешь - тройка. Вот я двойка и ничего. Столько в мире знаменитых двоечников. Так что не реви, - сказала двойка и вильнула хвостиком.

- Да, да! И еще ты самая красивая, - подкатил к ней пузатый ноль. - Я давно к тебе приглядываюсь. Ты только представь себе, какие красивые у нас будут дети.

- Хм. Замуж я выйду только за девятку.

Нолик обиделся и встал перед единицей. Единица пожалела несчастного влюбленного и поэтому возражать не стала.

Повисла пауза. Все ждали что скажет девятка. Девятка сосредоточенно молчала.

-У тебя характер вздорный. Захочешь доминировпть - семейный бюджет будет в убытке. Я лучше на восьмерке женюсь. У нее и фигура получше - произнесла наконец девятка.

Двойка захотела передвинуться к нулю, но единица преградила ей дорогу.

- Оставь его в покое. Иди вон тройку утешай.

Восьмерка качнула пышными формами и придвинулась к девятке.

- Ты такой пусечка.

- Попрошу без этих ваших пуси-муси. Я цифра солидная.

- Хватит вам! Замолчите все! Как же вы все мне надоели, - крикнула четверка и перевернулась, став похожей на стул.

- Что это с ней, - спросила шестерка.

- Чё, опять вспомнила про то, что в прошлой жизни была королевским троном?- расхохоталась шестерка.

- А ты был, есть и будешь шестеркой, - ответила снизу четверка.
- У каждого в этом мире свое предназначение,- философски заметила семерка.

Тут пришел лысый мужчина в очках. Раскидал все цифры в причудливую комбинацию, назвал ее "уравнение" и сказал:

- Вот она - магия чисел.


poletVoSne
нояб. 17, 2017 03:15
Изменено автором : нояб. 19, 2017 05:23:26
34.

80-е годы прошлого века, Баку. В те времена купить автомобиль было непросто. Сабир сумел собрать n- ную необходимую сумму для покупки новой хорошей машины. Эту хорошую машину он собирался купить не в Баку. После долгих переговоров и согласований всех вопросов по телефону, он взял билет на самолет в Москву. Жена его, Сона, за день до отъезда мужа сложила в дипломат деньги на покупку, три рубашки, по 3 пары маек, трусов и носков. Они с мужем рассчитывали, что на всё про всё хватит трех-четырех дней. Сам же Сабир за день до отъезда пригласил друзей, количеством 3, в ресторан отпраздновать свой отъезд.
Обычное 5-ти часовое лей-пей, после которого уже и в ресторане надоело и по домам не хочется. " Поехали ко мне на Свердловскую, - предложил Гарик, -у нас там в холодильнике трехлитровый баллон водки с тархуном и закусить есть чем, вы же знаете мою Нонну." У Гарика было две квартиры, одна в Ахмедлах, другая в центре города на Свердловской, рядом с к/т Шафаг. Семья в этот период жила в Ахмедлах, но супруга Гарика, очень запасливая и предусмотрительная хозяйка, никогда не держала холодильники и кладовые обеих квартир пустыми. Таких вкусных маринадов и всевозможных закусок не было ни у кого! Трехлитровый баллон водки, о которой говорил Гарик была не водкой, а чистейшим спиртом разведенным в пропорции 50/50 с водой, густо настоянной на тархуне. Цвет у такой водки был нежно оливковым, а вкус...ммм.., но не будем об этом. Поймав такси, друзья поехали продолжать застолье. Нонна не подвела, как всегда. Стол ломился от закусок, но главным блюдом был баллон с нектаром светло оливкового цвета. Друзья посидели на славу и под утро, распрощавшись, каждый поехал к себе домой, тем более, что Сабиру скоро уже надо было ехать в аэропорт.
Как уж он прошёл регистрацию и как его пропустили на посадку, не знаю! Но в положенное время, Сабир занял своё кресло в самолёте, прижал к груди свой дипломат, который пронёс в салон ручной кладью и, не дожидаясь взлёта, уснул.
То ли во сне, то ли сквозь сон он слышал крики:" Живой, дышит, неси носилки!" Но проснулся лишь от того, что кто- то, как ему показалось, пытался завладеть его дипломатом. Сабир прижал его к себе крепче и открыл глаза. Он лежал на носилках, прижимая свой дипломат к груди, двое в белых халатах резво несли носилки к машине скорой помощи. И все это действо происходило на фоне каких- то обломков.
Сабир не дожидаясь погрузки спрыгнул, отряхнул брюки, одёрнул пиджак и пошел сам не зная куда. Его стали звать назад, кто- то догнал и пошёл рядом говоря, что у него, у Сабира, шок, что это нормальная реакция организма после пережитой авиакатастрофы, что это чудо, что он остался жив, но надо обязательно пройти обследования на предмет внутренних повреждений. Сабир ответил, что с ним всё в порядке и что раз уж он не в Москве, то хотел бы вернуться домой. Как оказалось, катастрофа произошла недалеко от места взлёта и Сабир, как был в кресле, так и упал в кресле продолжая спать.
После этого случая друзья, не особо изобретательные на выдумки, дали ему прозвище "Самолёт". И долго еще гадали, что спасло Сабира? Версий было несколько: 1. Спал и был максимально расслаблен и это спасло. 2. Был очень пьян и потому максимально расслаблен. 3. Был очень пьян, спал и потому не было страха и это спасло. 4. Основная версия- Кисмет.
Но история с попойкой дома у Гарика имела имела еще один неожиданный финал. Через неделю Гарик с супругой заехали в квартиру на Свердловской. Нонна, заглянув в холодильник, спросила:"Гарик, у меня здесь стоял трехлитровый баллон воды с тархуном, ты случайно не вылил её?" "Вода?- уточнил Гарик. " Ну да, вода, заготовка спирт разбавлять,- ответила Нонна. "Почему вылил? Мы выпили её,- усмехаясь ответил Гарик. "Кто мы?" "Витя, Кязим, Сабир и я. Стопками пили, как и положено пить водку, с тостами и закуской. Мягко пошла. На той неделе, помнишь, я под утро пришёл, тогда и выпили." И громко, оглушительно засмеялся.

AMelody
нояб. 16, 2017 08:21
Изменено автором : нояб. 17, 2017 04:38:16
33. Осенняя симфония

Догорает закатный на клене костер -
Революции красок финальный аккорд
Мимолетный закончив с грозой разговор
Фа-мажорным адажио ливень пройдет
Сольной одой юла* огласит тишь полей
Лямку тянет косяк лебедей в полутьме
Сизой проседью осень коснется ветвей
Долгим блюзовым эхом растает в зиме

*лесной жаворонок

nefizik
нояб. 16, 2017 01:46
Изменено автором : нояб. 16, 2017 03:53:11
32.

В БанахОво идут дожди,
БанахИ ходят в дождевиках,
Нам другое пространство найди,-
Повелел мне главный банАх
Переселимся мы в сушь,
На скалярах поставим алерт.
Ты последовательность нарушь,
Да поможет святой Гилберт!
Я в гилбертово поле ушел,
Соты матриц обозревал,
Среди комплексных чисел брел,
Но меня злобный вектор поймал.
Коль за равенство, – мне сказал,
Буняковского ты с Коши
Сядь на базис, ортогонал,
И признание напиши.
В сепарабельных наших краях
Гильбертины работает нож,
Не посмотрят, что ты банАх,
За крамолу ты огребешь.
Я послал его на интеграл,
И простился уже с головой,
Тут услышал слабый сигнал
В виде функции волновой.
«В Хаусдорфа пространство беги,
Там жизнь для пришельцев в кайф,
Из окрестностей маяки
Приведут тебя к Хаусвайф.
Аксиомой от всех отделен
Топологии той кусок,
Там бозбаш всегда припасен,
Над кюфтою вьется дымок».
Скорость света я обогнал,
Завертелись пространства вокруг,
Так рванулся, что пробежал
Мимо нежных с бозбашем рук.
В сигма-алгебре долго плутал,
Но случайных событий ход
Вероятностно выпер меня
Вновь в объятия банахОв.
И тогда я речь произнес,
Убедил, что нет панацей.
Хоть на улице дождь, хоть мороз,
Но родное пространство милей.


archimedes
нояб. 14, 2017 02:53
Изменено автором : нояб. 16, 2017 03:52:11
31. Книга Бытия от Архимеда

с элементами функционального анализа


Вначале в мире были Числа.
Потоки и океаны цифр.
И в Числах было мало смысла,
Был глуп и хаотичен мир.

Но постепенно Числа стали
Порядок наводить в рядах.
И нормы, правила создали
Систему в целом и в штрихах.

Мир на Пространства разделился:
Порядком каждый наделен.
И в них надежно воцарился
Неповторимый свой закон.

Законы быстро разрастались,
Плодя цепочки теорем.
А Числа строго подчинялись
Законам и теоремам тем.

Пространства все сплотились разом,
Чтобы единство сохранить.
Так появился Супер-Разум.
И взялся он тотчас творить.

Сперва фотоны сотворили,
От темноты свет отделив.
И следом атомы слепили,
Лептоны с кварками скрестив.

А Числа трудятся как пчелы,
Конвейер звезд на полный ход.
Замысловатые узоры
Созвездий покрывают свод.

Галактики, планеты, дыры…
Работают не покладая рук.
Уже готова схема мира.
Наука властвует. Но вдруг…

Да. Евклидянами их звали.
Балбесами всегда слыли.
И сами толком-то не знали,
Откуда и когда пришли.

То к ВекторАм они примкнутся,
То Метрику примерят вдруг.
Хотя, за что бы не возьмутся,
В том нету и следов наук.

И эти олухи Пространства,
Хотели, как повеселей,
Ну и в своем комедиантстве
Создали несмешных людей.

Вначале Разум отмахнулся,
Не внял, что вскоре быть беде.
Но присмотревшись, ужаснулся.
Антинаучной чехарде.

На все законы гвоздь забили.
Так появился род людской.
Их звездоболы сотворили.
Перенеся в них образ свой.

Что ж, надо как-то выбираться,
К законам подвести людей.
И Числа рады бы стараться.
Да больно сложный случай сей.

ГильбЕрта, БАнаха пространства
Послали к ним своих вояк,
Чтобы исправить окаянство.
Но бесполезно все. Никак!

Идут отряды за отрядом.
И наконец, издалека
Пришла десантная бригада
От Хаусдорфа-старика.

Но вновь облом. Последний козырь –
Под Вероятность их загнать.
Пусть достоверности угроза,
Но все ж, научная печать.

Но только тут такое горе;
Те человеки, как ни пнуть,
Из всех возможных траекторий
Найдут невероятный путь.

Науки нет для сих созданий,
И, вроде, не беда совсем.
Но люди, понабравшись знаний,
Нашли мир чисел, теорем.

Работают без перекура,
Цепочки теорем плодя.
Анализ, алгебра, дифуры -
Все постигают, не блюдя.

Уже к Пространствам путь проложен,
До Разума рукой подать.
А дальше – ужас! Этот тоже
Начнет Вселенные клепать.

Чтобы не дать сему случиться,
Синхронный мир не допустить,
Сверх-Разуму осталось биться
И род людской искоренить.

Потопы, атомные войны,
Болезни, ураганы, снег.
Выходят из передряг достойно.
Видать, бессмертен Человек.

Должно, пришли они навеки,
Не одолеть людей живых.
Ведь, нет Науки в Человеке.
Бессилен Разум против них.

 
Всего ответов: 52
Страницы:
21Рейтинг