Папа

Жанр: драма
Производство: Россия
Год выпуска: 2004
Продолжительность: 94 мин

Режиссер: Владимир Машков/Vladimir Mashkov
В ролях: Владимир Машков/Vladimir Mashkov, Егор Бероев/ Yegor Beroyev и др.

Как-то садясь в трамвай, папа не успел убрать руку, и захлопнувшиеся двери оставили глубокую царапину, до удивления похожую на четвёрку с минусом. Папа потом шутил – мол, вот, проверили и поставили отметку. А через несколько месяцев папы не стало...

...В основу фильма положена пьеса Александра Галича «Матросская тишина» - жил-был в Б-гом забытом местечке Тульчин мальчик Додик и был у него папа Абрам Ильич Шварц. Больше всего в жизни папа хотел чтоб из мальчика вырос великий скрипач, а мальчик больше всего хотел уехать из этого местечка навсегда. Прошло время, желания, как им и положено, сбылись, и уже успешный музыкант Давид выгоняет приехавшего в гости смешного, а потому стыдного папу. А потом война...
Можно сколько угодно ругать Машкова за явные переборы, за слишком утрированно-еврейского папу, за неуместный чеснок, за никакого Бероева, можно говорить, что в Табаковской «Табакерке» это звучало гораздо сильнее... Только, несмотря на всё это, практически невозможно остаться равнодушным, не поддаться очарованию, искренности этого фильма, невозможно сдержать дрожь в сцене прощания и прощения...
Этот фильм - лишний повод вспомнить отцов для всех нас – и для тех, у кого отцов уже нет, и для тех, кто ещё может поговорить с ними наяву.
А закончить мне хочется стихами Вадима Егорова:
Лупит снег по городам, по лесам,
ветер бесится с ухмылкою бесьей...
Что ж мы делаем с тобой, Александр?
Провожаем мы отцов в поднебесье.
Провожаем не на день, не на час...
Сколько б годы наши ни продолжались,
только б мамы не оставили нас,
только б мамы не оставили нас,
только б матери еще продержались.

Мы с отцами были словно истцы,
мы ответчиками не были сами,
мы с тобою, уже сами отцы,
со своими не дружили отцами.
А теперь нам - только слезы со щек,
да вороны над Никольскою чащей.
Твой отец тебе не снится еще?
А вот мой мне снится чаще и чаще.

Что мы знаем? Может, скоро я сам
или ты - растаем в звездном мерцанье,
и вот там-то мы с тобой, Александр,
посидим и потолкуем с отцами.
Будет крут наш разговор и свинцов,
но он грех непонимания снимет,
и, понявши, мы обнимем отцов
и, обнявши, не расстанемся с ними.